Достигнув Ронгбукского ледника, на высоте 5.000 метров, мы стали на нем лагерем, и после целого ряда разведок добрались до Ледяного Озера (т.-е. до высоты 5.400 метров), от которого спускалась широкая долина на запад.
Перед наш открылась действительно сказочная картина страны вечного льда и снега. Фантастические узоры окружающих озеро береговых скал напоминали собой какие-то гигантские замки. Выветриваемые веками, скалы казались ажурными и изрезанными хитросплетенными узорам, которым мог бы позавидовать самый искусный ваятель. На фоне лазурного неба, эти замки, блистающие белизной под яркими лучами солнца, переливались бледно-зелеными полутонами.
А солнце! Что это было за солнце! Такого дневного света мне еще не приходилось видеть нигде. Казалось, что масса раскаленного добела металла просвечивает через кристаллическую призму. Этот свет падает вертикально и, отраженный сверкающим снегом, ослепляет глаза. Без предохранительных зеленых очков обойтись невозможно, — ослепнешь. Все пространство вокруг представляется будто бы засыпанным осколками драгоценных самоцветов и бриллиантовой пудрой.
Вид ночного ландшафта не уступает дневному. Под холодным светом луны все серебрится и трепещет. Контуры снежных вершин тонут в полупрозрачном ночном мраке. Они постоянно меняются, принимая самые причудливые облики. Сумерек здесь не бывает. Ночь наступает мгновенно. Не успеешь опомниться, как становится темно. А ветер дует все с одинаковой силой, играет снежным пухом, вздымает его в бесконечную высь затейливыми воронками и винтами или рассыпает по долине блестящим серебристым песком.
Ветер является главным бичом для путешественников в Гималаях. Несясь часто со скоростью до 150 миль в час, он насквозь пронизывает путешественника. Укрыться от ветра — первая забота каждого. Беда, если путешественник не запасся противо-ветренной одеждой, — он погибнет. Кроме того, эта одежда должна быть легка и тепла. В Гималаях я все время носил шелковое нижнее белье, поверх которого надевал штаны и фуфайку из верблюжьей шерсти, три пары шерстяных чулок, короткую теплую куртку и поверх всего блузу и широкие шаровары из непроницаемой для ветра ткани. Головным убором мне служила широкополая теплая шляпа с наушниками. Лицо я мазал жирным кремом для предохранения от действия ультрафиолетовых лучей солнца, которые, как и разреженная атмосфера, убийственно влияют на человеческий организм. В силу их действия нарушается работа щитовидной железы, что особенно резко выражается в отвращении к мясной пище. Лучи эти, имеющие целебное свойство на нормальной высоте, здесь — становятся губительными.
Глядя на наших непальских носильщиков, навербованных нами в Даржилинге, я не мог понять, как они могли переносить все эти природные препятствия. Их одежду с нашей нельзя было бы и сравнить, а между тем; эти горцы казались неутомимыми. Всегда они были веселы и распевали песни, и лишь иногда, обессилев под тяжелой ношей, беспомощно садились на снег. На высоте 4.600 метров непалец может тащить на спине груз до 60 англ. фунтов, а на высоте 7.200 метров — лишь 25 фунтов.
Во время экспедиции 1924 года наши носильщики-горцы побили мировой рекорд, взобравшись на высоту в 8.000 метров с ношей в 15 англ. фунтов, и, несмотря на недостаток воздуха, поставили там для нас палатки. Без таких выносливых носильщиков экспедиция не достигла бы никаких результатов.
К нашим вспомогательным средствам для борьбы с разреженной атмосферой на высотах, как, например, к кислороду, горцы вначале относились с недоверием и даже с опаской. Однако, когда разреженная атмосфера уж очень давала себя чувствовать, и видя, какое действие производят на нас химические средства, непальцы стали приходить к нам, прося дать им немного «воздуха белых».
Еще во время приготовлений к первой экспедиции нас неоднократно предупреждали, что на высоте 6.000 метров мы долго не просуществуем. Нам советовали время-от-времени спускаться на менее значительную высоту для отдыха. О, эти советчики! Я в свою очередь посоветовал бы ям взобраться на высоту в 6.000 метров и «для отдыха» спуститься в долину на 4.000 метров с тем, чтобы снова карабкаться обратно. Однако, как ни тягостна разреженная атмосфера, как пи мучителен недостаток кислорода, но и к этому злу можно привыкнуть. Все зависит от способности приноровиться к новой непривычной обстановке и умения строго управлять своими движениями.