— Вы хотите сказать, что мне нужен опекун? — спросила Пенни, а в её голосе не было ни единой эмоции.
Минерва взволнованно посмотрела на неё и ответила:
— Да, именно так…если мы не найдём для тебя опекуна, то тебе придётся жить в… — женщина отвела глаза, — …детском доме или интернате. Подумай об этом. Я могу идти? — Минерва вновь посмотрела на Пенелопу.
Та равнодушно пожала плечами:
— Да, конечно.
— Я желаю тебе удачи, Пенни. — проговорила женщина, после чего дверь за ней закрылась.
Флорес легла на спину, смотря в потолок.
— Лучше бы я вообще не жила. — шепнула девушка.
Она не плакала. На это просто не было сил.
***
Усталость и сонливость смогли побороть Пенни, поэтому она уснула. Девушка была благодарна зелью сна без сновидений за то, что во сне ничего не видела. Волшебница была уверена, что тогда ей снились бы одни кошмары. Проснувшись, Пенелопа обнаружила, что день клонится к вечеру. Лучи вечернего солнца пробирались в комнату, создавая солнечные зайчики не стенах. Они смешно бегали по комнате, будто играли в догонялки, но Пенни, казалось, даже не замечала их. Она не замечала ничего вокруг. Состояние было непонятным. Она вроде бы плакала, но в то же время ничего не чувствовала. Есть не хотелось вообще, так же, как и жить. Да, жизнь продолжается, но без близкого человека она уже не та.
Потеря близкого человека — одна из самых страшных вещей, которая может произойти в нашей жизни. Мы будто теряем частичку себя, частичку своей души. Пенелопа очень сильно любила своего папу. Да, иногда он бывал грубоватым, недовольным или придирчивым, но он был таким родным. Северус любил свою дочь сильнее всего на свете. Она была смыслом его жизни, тем, ради чего он жил. После смерти Лили он точно так же хотел умереть, но нашёлся человек, с помощью которого волшебник смог побороть это желание. Пенелопе нужно было найти такого же спасителя.
Пенни медленно встала с кровати и подошла к зеркалу, которое до этого осталось незамеченным. Она взглянула на своё отражение и беззвучно ужаснулась: выглядела она, мягко говоря, не очень. Девушка заметно похудела. Она не была похожа на скелет, но довольно много сбросила. Щёки стали впалыми, а под глазами залегли тени. Когда-то красивые рыжие волосы сейчас стали тусклыми и лохматыми, а в глазах лопнула пара капилляров. Казалось, что даже ярко-зелёные глаза и веснушки девушки поблекли.
— Пенни?
Флорес посмотрела в отражение сзади себя и увидела Сириуса. Это было неожиданно, ведь она ожидала увидеть Драко или, в крайнем случае, близнецов. Но, честно говоря, видеть не хотелось никого вообще.
Блэк стоял в дверном проёме и оглядывал девушку с ног до головы. Не отрывая от неё взгляда, он тихо закрыл за собой дверь. Натянуто улыбнувшись, он начал:
— Выглядишь…э-э-э…
-…дерьмово, знаю. — усмехнулась Пенни.
— Как ты? — Бродяга протянул ей цветы и сел на стул.
— Никак, — пожала плечами Пенелопа. — Разве не видно?
Вздохнув, Блэк хмуро оглядел девушку.
— Я не буду говорить, что мне жаль, — сказал он, — потому что я уверен, что тебе уже сказали об этом тысячу раз. Я понимаю, каково это — потерять близких, — Пенни положила лилии на тумбу и села на кровать, напротив Блэка, — И вспоминаю, каково было мне, когда все напоминали об этом. Так что предлагаю не затрагивать эту тему. — мужчина грустно улыбнулся и с пониманием посмотрел на Пенелопу.
Пенни кивнула, смотря на Блэка. Грустно улыбнувшись ему в ответ, она тихо сказала:
— Спасибо.
— Всегда к твоим услугам, Цветочек, — так же тихо ответил он. — Я хотел поговорить на серьёзную тему.
— Да ну? — по-настоящему усмехнулась Пенелопа, — Ты и серьёзность? Мне всегда казалось, что это две несовместимые вещи. — она смотрела на мужчину перед собой с улыбкой на губах, но в её глазах всё ещё была грусть.
Сириус улыбнулся:
— По сути, так и есть, но эта ситуация требует этого от меня, — глаза его были необычайно серьёзными, — Я предлагаю тебе встать под мою опеку.
Пенни ошарашено смотрела на Блэка и не могла поверить своим ушам. Она выпучила глаза, удивлённо смотря на черноволосого. Тот выжидательно смотрел на неё, покусывая губу от волнения. Пенелопа была удивлена — и как она раньше не подумала о Сириусе?
— Я бы… — неуверенно начала она, опустив глаза, -…я бы с радостью, но… — Флорес на секунду подняла взгляд, увидев на лице Бродяги непонимание, -…я бы не хотела доставлять тебе неудобства. — твёрдо закончила девушка.
— Перестань! Что ты такое говоришь? — Блэк был искренне возмущён и удивлён. — Почему ты решила, что будешь доставлять неудобства?
Пожав плечами, Пенни ответила:
— Ты собираешься взять к себе ещё и Гарри, но это понятно, ведь он твой крестник, — Флорес опустила голову, — Ну, а я…я, по сути, никто для тебя. — Зеленоглазая грустно вздохнула.
— Пенни, что за бред? — Сириус явно был недоволен словами девушки. — Ты…
— Сириус! — Пенни прервала его, — Перестань. Я знаю, что ты делаешь это из-за обещания, данного моей матери, — брови Блэка удивлённо поползли наверх, — Тебе не стоит так волноваться, правда. Я…либо найду себе другого опекуна, либо буду жить в интернате… — Пенелопа завернулась в кокон из одеяла, отвернувшись от мужчины. Повисло молчание. Блэк, видимо, обдумывал слова девушки, а глаза той снова стали красными.
— Цветочек, я хочу стать твоим опекуном не потому, что так хотела бы Лили. — тихо начал Сириус, — Я люблю тебя. И Гарри тоже. Я бы не хотел, чтобы вы оба остались сиротками, — Пенни повернулась к мужчине, шмыгнув носом. — Да, я понимаю, что не смогу дать тебе ту же заботу, что и Северус, но я буду стараться.
Пенелопа потянулась к Сириусу и обняла его. Сначала тот опешил, но всё же обнял её в ответ. Флорес молча плакала, едва заметно улыбаясь.
— Ты назвал его Северусом, — сказала она Блэку, а тот усмехнулся. — Горжусь тобой, Бродяга.
— Это была всего лишь случайность, Цветочек, — закатил глаза Сириус.
— Да-да, конечно, — улыбнулась Пенелопа, посмотрев него. Блэк поднял ей настроение, заставив на время забыть обо всём плохом. За это она была ему благодарна.
В следующий момент в дверь палаты постучали.
— Войдите! — Пенни заинтересованно взглянула на дверь, гадая, кто же находится за ней. Как только светлая макушка показалась в дверном проёме, рыжеволосая уже начала радоваться. Драко улыбнулся девушке и посмотрел на Сириуса, выгнув бровь.
— Я, пожалуй, пойду, — взрослый маг встал со своего места и вышел из комнаты, подмигнув Пенни.
Малфой смотрел на свою девушку с радостью в глазах, но в то же время в них присутствовала непонятная грусть или печаль.
— Смотрю, я не первый твой посетитель? — спросил Драко с издёвкой и положил свой букет рядом с лилиями.
— Как видишь, — пожала плечами волшебница, натянуто улыбнувшись.
— Привет, — произнёс Малфой, присаживаясь на краешек кровати. — Как ты?
— Уже лучше, — вяло улыбнулась Пенни.
Драко взял её руку в свою и сказал:
— Я волновался, — парень смотрел на Пенни с неподдельной нежностью и любовью в глазах. — Восемь дней не было никаких вестей, я очень боялся за тебя, Пенни.
— Со мной всё хорошо, — ответила ему Флорес, придвинувшись ближе.
— Ну да, я вижу. — блондин осмотрел её с ног до головы, грустно усмехнувшись. Несмотря на то, что сейчас Пенелопа и Драко были наедине, парень всё ещё оставался Малфоем. Малфоевская натура так и проедала его: самодовольная ухмылка, острый язык и издевательский взгляд всегда были при нём. Но при Пенни он редко позволял себе такое, так как она была для него близким человеком. Если бы кто-нибудь из учеников школы увидел его нежным, добрым и мягким, то точно не поверил бы своим глазам. И всё же, чаще всего Малфой был сдержанным и холодным, что было свойственно для него.