Дизайнер в Мире молчал, обдумывая ситуацию, а хозяйка подсчитывала убыток. Такую фальш-стену выставлять в витрину было нельзя. Мира схватила карандаш и тут же судорожно и быстро стала рисовать на листе бумаге. Потом задумчиво скомкала лист, быстро бросила в урну и снова стала рисовать. Так повторилось несколько раз, - без внешних эмоций, криков и упреков. Ее исключительной чертой, которая появилась еще в школьном возрасте и закрепилась в лондонском колледже – относиться к неудаче спокойно, как к очередной поставленной задаче. Нужно было просто найти нестандартное, креативное решение, не выходящее из рамок бюджета. Только и всего! Наконец, продолжительно смотря на последний эскиз, она медленно произнесла, показывая его:
- Чтобы привлечь лучшую женскую аудиторию к витрине, нашу идеальную ЦА, можно попробовать соригинальничать: изобразить что-то наподобие итальянской фрески и создать старую штукатурку. Нужно докупить декоративный спрей, дающий трещины и специальный лак. Еще добавить водоэмульсионной краски и фантазии.
В композиции витрины придется немного сместить акценты. Может быть, и получится. – Мира посмотрела на притихших сотрудников.
- И Вы знаете, как это сделать? – спросил удивленный и восхищенный Макс. Все одновременно посмотрели на Миру. Она увидела взгляды людей, смотрящих на нее с надеждой, к которой было примешано что-то еще, недосказанное. Мира вспомнила, как она приезжала на дачу к отцу, и на улицу к ней сбегались все коты. Они – голодные, смотрели на нее таким же взглядом. Животные знали, что она их накормит. В горле у Миры запершило, она почувствовала, как рыдания комом подходят к груди, но вовремя взяла себя в руки и, потерев указательным пальцем переносицу, показала эскиз:
- Ну что, принимаете новую идею?
- Здорово! – восхитился Макс.
- Ты, прости. – Подошла к ней Лариса Олеговна. – Прости, бес попутал. Хотела сэкономить, сделать как лучше…
- А получилось, как всегда! – продолжил Георгий Натанович, почесывая затылок, улыбаясь, и смотря из-под очков на Ларису Олеговну. – Все засмеялись, хотя давно знали эту шутку.
Обладая опытом работы над большими проектами в Европе, Мира, привыкшая к коллективной работе, где строгая субординация помогала идти к общей цели, выдержала паузу. Затем улыбнулась и властно, но мягко сказала:
- За этот проект несу ответственность я. Эскизы – мои. Видение идеи - так же мое. Дизайнер с опытом работы, которому, кстати, доверял большой коллектив – это, простите за рекламу, тоже я. Другими словами, руководитель проекта – Мирослава Гуржий. При этом прошу смело высказывать идеи и пожелания. Мы все вместе будем их рассматривать. Но последнее слово все же пусть будет за мной. Вы не против?
- Кто «за»? – улыбаясь во весь рот, пародируя парторга советских времен, дядя Жора, как его время от времени называла Мира, подхватил инициативу. ‒ Принято единогласно. – С удовольствием подвел он итог.
- И от себя лично добавлю – он насупил брови и сделал «страшное» лицо – Все всё поняли?!
Сначала сдавленные смешки, потом хохот был ему ответом. Все радовались удачному завершению конфликта.
‒ Вот то-то и оно! Смотрите у меня, а то… если шо, будете иметь дело с дядей Жорой! – Неожиданно полу шутя, полу серьезно, закончил свою речь Георгий Натанович.
Звякнул мобильный телефон. Пришла очередная эсэмэска от Влада. Мира посмотрела и сбросила. Влад звонил и каждый день присылал по нескольку штук сообщений. После того, как Мира, не сказав ни слова, уехала из Одессы, он воспринял ее отъезд как печальную необходимость, связанную со смертью ее отца. Был удивлен, узнав о ее решении задержаться в Киеве, и даже собирался приехать.
Мира сопротивлялась. Влад считал себя без пяти минут ее официальным женихом, хотя она не давала ему такого права.
Сейчас ей не хотелось никого видеть. Влада – в первую очередь. Только творчество и работа была для нее источником вдохновения и успокоением. Что будет потом – она не хотела думать. Ее не интересовала судьба магазина, который она собиралась продать. Тем более она не хотела заглядывать в свое будущее. На данном жизненном этапе нужно было просто решить еще одну задачу, и она это сделает. Продать буфет – вот что что сейчас самое главное.
Витрина была уже почти готова. Чтобы сдернуть бумагу, которая ее закрывала от взгляда любопытных прохожих, нужны были детали – старинное кружево для чайного столика и две чашки с блюдцами начала прошлого века. Чашки после нескольких дней поиска Мира купила у конкурентов, кувшин и старинную книгу нашли в собственном магазине, а вот с кружевом было сложнее. Киевские блошиные рынки отличались от парижских, а лететь во Францию из-за одного куска ткани было нелепо. Отсутствие кружева тормозило. Без него не получится задуманная картинка, а значит, пропадет нужная атмосфера.