Парни поднимают подбородки, уловив намек. Не избегайте зрительного контакта. Пусть они вас видят. Мы с Клэй болеем особенно громко — Лив слишком крута для этого, — пока диктор не переходит к следующей команде.
— Персонал будет ходить вокруг, чтобы убедиться в безопасности каждого, — говорит она, — и предложить помощь, если она вам понадобится. Вы готовы?
Все кричат и воют, звучат какие-то торопливые инструкции о правилах насчет рук и ног, которых я не слышу, а затем воздух прорезает звук сирены, оглушая меня в тот самый момент, когда все начинают запрыгивать в машины.
Всё начинается слишком быстро, чтобы я могла понять, что происходит, но первыми идут мужчины, скользя на сиденья и запрыгивая назад.
— Крисджен! — зовет Арми. Я резко перевожу взгляд на него: он на пассажирском сиденье и жестом приглашает меня запрыгнуть на крышу к люку. — Залезай. Спускайся ко мне на колени.
Трейс пододвигает свое сиденье вперед с водительской стороны, втискивая ноги в максимально узкое пространство, пока Арасели наваливается всем весом на дверь Арми, чтобы закрыть ее. Наступив на открытое окно, я запрыгиваю на крышу машины, собираясь сначала просунуть ноги внутрь, но кто-то втягивает меня вниз, на заднее сиденье. Я визжу.
— Эй! — смеюсь я, заражаясь общим весельем. Подо мной возится Даллас, а Арми бросает на него суровый взгляд с переднего сиденья.
— Нам нужно сложить всё это дерьмо как пазл, — рявкает Даллас. — Те, кто поменьше, — на пол.
Он толкает меня вниз, между своих ног, но я оказываюсь в какой-то странной позе на боку; моя левая нога не помещается так, чтобы я могла сесть.
— Нам нужно будет положить кого-нибудь вот так! — слышу я команду Трейса. Он сдвигает свое сиденье передо мной, и я отдергиваю руки назад, проверяя, не попали ли в полозья мои волосы. Морщусь. Кажется, это небезопасно.
— Она же дышать не сможет! — орет Арми, и я надеюсь, что он говорит обо мне. Мне нужно больше места.
Я пытаюсь сдвинуть ноги, но натыкаюсь на другие ноги и вижу, как сверху спускается Арасели, ногами вперед. Я вздрагиваю:
— Осторожно, моя голова!
Снаружи начинают кричать болельщики; я пытаюсь повернуть голову, но всё, что вижу, — это промежность Далласа. Пытаюсь сделать глубокий вдох, но это просто смешно. Почему я должна быть на полу?
— Арасели, сюда! — кричит Даллас. — Нам нужно использовать каждый дюйм пространства. Крисджен, двигайся!
Что-то врезается мне в голову, и я наконец рычу:
— Я умру здесь внизу! — Вцепившись в бедро Далласа, я подтягиваюсь наверх.
— Не будь ребенком, — огрызается он. — Тогда просто сядь на меня.
— Сесть на тебя? — выпаливает Арми. — Она ни на чем твоем сидеть не будет.
— Я сяду на его бывшую, — предлагаю я, наблюдая, как Арасели протискивается через люк.
Кто-то смеется, и Даллас хватает меня за талию, пытаясь перетащить к себе на колени и впиваясь пальцами мне в живот. Я пытаюсь сдержать смех, потому что его пальцы щекочут.
— Отпусти меня! — кричу я.
— Нет...
Но тут я вырываюсь из его рук, его слова обрываются, меня переворачивают, и я оказываюсь верхом на чьих-то коленях на соседнем сиденье. Моя улыбка исчезает; я не моргая смотрю на Мейкона, а он смотрит на меня. Спускается Арасели, надавливая мне на спину и вжимая меня в Мейкона.
— Да, да, именно так, — слышу я голос Трейса. — Арасели, садись к Далласу на колени, как Крисджен к Мейкону. Ваши кусочки пазла однажды уже сошлись.
— Заткнись! — слышу я ее огрызающийся ответ.
Кусочки пазла.
Кто-то снова толкает меня, и еще раз, пока я не оказываюсь почти нос к носу с Мейконом.
Его глаза не отрываются от моих.
Удерживая меня, он берет мои руки и закидывает их себе за шею, плотно прижимая меня к своей груди. Крепко.
Его рука ложится мне на затылок, защищая его, и мне требуется всего мгновение, чтобы понять, что мы делаем, и последовать его примеру. Крепко обняв его, я обвиваю его шею обеими руками и утыкаюсь лицом ему в шею, пока машина под нами раскачивается от всё новых тел, набивающихся внутрь.
— Ара, черт, — стонет Даллас. — Ты что, вес набрала?
— Даллас? — говорит она с сильным акцентом, и я понимаю, что она собирается сказать что-то по-испански. — Yo fingí mis orgasmos contigo. (Я симулировала свои оргазмы с тобой)
Я узнаю смех Арми, потому что он, Мейкон и Айрон — единственные, кто говорит на двух языках. По какой-то причине родители воспитывали Лив, Трейса и Далласа, обучая только английскому.
Пальцы Мейкона впиваются мне в кожу. По рукам бегут мурашки. Я закрываю глаза. Вот оно.