Трейсу будет плевать, но я всё равно киваю.
Он вводит головку своего члена в меня, берет меня с обеих сторон за то место, где бедра переходят в таз, и делает толчок.
Я растягиваюсь, когда он входит до конца, и вскрикиваю на мгновение, прежде чем его рука накрывает мой рот.
Его грудь снова и снова тяжело вздымается, прижимаясь к моей спине. А затем он перестает двигаться — перестает дышать — и я думаю, что он собирается что-то сказать, но он молчит. Вместо этого он утыкается носом в мои волосы и делает глубокий вдох.
Моя киска сжимается вокруг него, и я немного меняю позу, чтобы ослабить давление. Он так глубоко.
А затем... он приподнимается, снова перехватывает меня и делает толчок бедрами. Снова и снова, сначала медленно, давая мне привыкнуть к нему, а затем он начинает толкаться так быстро и сильно, что всё, что мне остается — это держаться изо всех сил.
Волосы липнут к спине, и я сжимаю ноги вокруг него, наслаждаясь тем, как его руки тискают меня. Я сказала, что пришла сюда, потому что мне больше нечем было заняться, но это всё, чем я, блядь, хочу заниматься.
Он сжимает мои бедра, целует плечи, кусает спину, и так сложно не стонать слишком громко. Мне плевать, кто нас увидит. Я просто не хочу, чтобы он останавливался.
Я чувствую, как снова нарастает оргазм, приподнимаюсь на локтях и начинаю подаваться назад, навстречу ему. Он нависает надо мной, пока пот струится по моей спине, и я чувствую его горячее дыхание в своих волосах.
Я чувствую всё. Густой воздух на коже. Тучи над домом. Кожу дивана подо мной, теперь влажную от моего пота.
Его руки, которые держат меня так, будто я еще не мертва.
Слезы обжигают глаза под закрытыми веками, и я улыбаюсь, когда он наклоняется, обхватывает меня за шею спереди и откидывает мою голову назад, прижимая к своей. Я хватаю его за руку, чувствуя кожаные ремешки и теплый металл на его запястье.
Я выгибаю спину, отвечая на каждый толчок, пока он вдалбливается в меня, а затем снова и снова глотаю воздух, пока... мои бедра не пронзает жар, мои внутренности не разрываются на части, и оргазм не взрывается внутри меня. Я стону в его ладонь, закрывающую мой рот, становясь чертовски мокрой, пока это чувство растекается по всему телу. Его тело дергается в коротких, медленных толчках, а затем он издает рык мне в ухо, и я чувствую, как он кончает внутри меня.
О боже. Я тяжело дышу. О боже.
Я вдыхаю и выдыхаю, пытаясь успокоиться, и в изнеможении падаю на диван.
Но прежде чем я успеваю отдышаться, я слышу его голос в своем ухе.
— Когда-нибудь, — произносит он, сжимая мое горло, — когда ты будешь выглядеть, вести себя и пахнуть как безупречная пара туфель за полторы тысячи долларов, и будешь замужем за адвокатом или банкиром, который на вкус как клей и выставляет тебя напоказ как свой маленький трофей... — Он проводит языком по моему уху, дразня меня. — Я смогу гадать, не моего ли сына он называет папочкой.
Я округляю глаза, моя киска еще раз сжимается вокруг его члена, когда он выходит из меня и застегивает джинсы и ремень.
Я лежу так секунду, мое тело уже ноет от его отсутствия. Но к тому времени, когда я переворачиваюсь и оглядываюсь, он уже исчез.
— Твою мать. — Я окидываю взглядом темную пустую гостиную. — Кто, черт возьми, это был?
2
Крисджен
Я вздрагиваю и просыпаюсь, не смея пошевелиться, впитывая льющийся из окон солнечный свет и стоящую в комнате жару.
Делаю глубокий вдох и тут же чувствую боль в шее, пока моя щека и живот вжимаются в кожаный диван.
Кожаный диван.
Это не мой диван. Я обвожу комнату взглядом, узнавая гостиную Йегеров.
И тут на меня всё наваливается.
— Ох, черт.
Я переворачиваюсь, чувствуя голой кожей прикосновение одеяла и резкую боль в затекшей от неудобной позы шее.
Я щурюсь от бьющего сквозь занавески света. Уже утро. Я похлопываю по одеялу, ощупывая свое тело. Я всё еще голая. Блядь, я уснула.
— Да, я подумаю об этом, — слышу я голос Трейса и вижу, как он, обмотанный лишь полотенцем, пересекает прихожую и открывает дверь Кариссе, той самой девушке со вчерашнего вечера. — Увидимся.
Она уходит, а я лихорадочно шарю вокруг, нахожу свою школьную рубашку и натягиваю ее.
Блядь, где моя юбка? Я осматриваю пол.
О боже. Что же я наделала?
— Это машина Крисджен? — спрашивает он. Наполовину высунувшись в открытую дверь, он с кем-то разговаривает, а я наклоняюсь, поспешно шаря под диваном в поисках остальной одежды.
Воздух наполняется запахом бекона и кофе, от чего у меня слюнки текут, и до меня доходит, что кто-то готовит. Кто-то должен был спуститься вниз и пройти мимо меня, полуголой на диване. Я стискиваю зубы.