Прядь моих каштановых волос развевается на ветру и снова падает на лицо. Я опять сжимаю юбку, пока полы моей белой рубашки свисают почти до самого подола.
— Тот, кто будет о тебе заботиться и возить тебя, — продолжает он. — Хочешь себе мужчину?
Его слова вызывают мурашки на коже, и я смотрю вперед, вдоль дороги. Там еще темнее и еще более безлюдно, и никто не знает, что я сейчас здесь.
— Иди сюда, — говорит он почти шепотом.
Во рту пересыхает.
Он не спрашивает.
Я слышу скрип открывающейся дверцы и замираю, медленно поворачиваясь и наблюдая, как он выпрыгивает из кабины.
Беги.
Оставив дверь открытой, он опускает подбородок и медленно приближается ко мне, словно я какая-то собака, которую нужно взять на поводок, пока она не сбежала.
Беги, мысленно приказываю я себе.
Я делаю шаг назад, но он протягивает руку и ловит прядь волос, падающую мне на щеку.
Он даже не смотрит на нее, потому что его взгляд прикован к моим глазам.
Он молод — не намного старше меня, но определенно выше и шире в плечах.
Слишком близко.
Я резко разворачиваюсь, но не успеваю сделать и шага, как он хватает меня и притягивает спиной к своей груди. Я ахаю, чувствуя, как одна его рука накрывает мою грудь, а другая скользит вниз, между ног.
Он с шумом выдыхает мне на ухо, поглаживая щелочку прямо через белье.
— О боже, там у тебя что-то сладенькое, да?
Он стонет.
Я извиваюсь, со всхлипом бормоча:
— Нет…
Он забирается рукой под мои трусики, лаская меня со свистящим вздохом сквозь сцепленные зубы.
— Живо в пикап. — Он разворачивает меня к себе и отпускает, но тут же толкает к машине, не давая шанса сбежать. — Теперь я — твой мужчина, сладкая, — рычит он.
Пока он меня толкает, я оглядываюсь по сторонам: открытая дверца блокирует путь к побегу слева, а он сам отрезает дорогу справа. Я вскарабкиваюсь в кабину, переваливаюсь через сиденье и пячусь как можно дальше на другую сторону, пока не упираюсь спиной в дверь.
Я хватаюсь за ручку позади себя, но замки щелкают за долю секунды до того, как я успеваю за нее дернуть. Я судорожно дергаю ручку вверх-вниз в попытках выбраться, но он не сводит с меня глаз, забираясь внутрь и захлопывая за собой дверь. Я не могу пошевелиться и лишь крепче сжимаю бедра.
Его взгляд скользит по моему телу вниз, к ногам и всему тому, что открывает задравшаяся юбка, которую я тут же одергиваю.
— Черт возьми, — бормочет он, прицокивая языком.
Он переключает передачу и жмет на газ.
— Куда ты меня везешь?
— Туда, где я смогу уделить своей новой девушке немного внимания, — отвечает он.
В его глазах пляшут бесенята, пока он следит за дорогой, а по его груди стекает капелька пота, и я наблюдаю, как она скользит по каждому кубику его пресса.
Возле ушей его темные волосы кажутся еще чернее от слипшегося пота, и я смотрю, как он кусает нижнюю губу, устремив взгляд вперед. У него гладкая молодая шея и напряжена каждая мышца на вытянутой руке, крепко сжимающей руль. Никаких татуировок, только небольшой шрам на брови — крошечная полоска, где больше не растут волосы.
Я впиваюсь ногтями в сиденье позади себя.
Я понимаю, что должна сильнее попытаться вырваться, ударить его или пнуть.
Он съезжает с дороги на гравийную тропу, а затем резко поворачивает налево, на небольшую площадку в окружении леса. Сюда обычно приезжают покататься на квадроциклах, и весь лес изрезан тропами.
Но по ночам эта площадка абсолютно безлюдна.
Здесь только мы вдвоем.
Он паркуется и глушит мотор, погружая кабину в почти кромешную тьму.
Я чувствую, как чужие руки хватают меня за лодыжки и стаскивают вниз по сиденью, пока он встает на колени между моих ног и нависает сверху.
— Я хочу домой, — говорю я.
Он не отвечает.
Забравшись под юбку, он стягивает с меня трусики прямо через туфли, не отрывая взгляда от моей обнаженной кожи.
— О боже, какая же ты красивая маленькая сучка.
Задрав мою рубашку, он наклоняется, втягивая один из моих сосков в рот и одновременно лаская меня между ног одной рукой.
— М-м-м, — стонет он.
Обеими руками я обхватываю его запястье под юбкой, пытаясь убрать его руку от своей промежности, но под моими пальцами бугрятся стальные мышцы, которые он не собирается расслаблять. Поддразнивая сосок языком, он переходит ко второй груди, а я со всхлипами отталкиваю его в грудь, но он не обращает на меня ни малейшего внимания, продолжая получать удовольствие.