Я смотрю на неё сверху вниз.
— Я не хочу, чтобы ты находилась среди этих людей.
4
Крисджен
В чем, черт возьми, его проблема? Как будто я и так не чувствовала себя полной неудачницей, прождав всего десять долгих минут, прежде чем пойти за Айроном обратно в Залив, хотя я говорила, что ноги моей там больше не будет.
А теперь он меня выгоняет.
Но потом...
Ой, подожди, нет, останься.
Я качаю головой; его губы так близко, что я чувствую его дыхание. В какой-то момент мне действительно нужно усвоить, что мужчины просто не стоят таких проблем.
— Какого хрена тут происходит? — рявкает Мейкон, и краем глаза я замечаю, как он выходит из открытого гаража.
Все замирают, но я молчу. Это не моя вина.
Наконец Арми подает голос:
— Ничего! — И толкает Трейса к их рабочему пикапу.
— Тогда за работу!
Айрон не сводит с меня глаз, и хотя мне не следовало бы, я слегка улыбаюсь, потому что ему нужно уйти, а значит, теперь могу уйти и я.
— Айрон, поехали! — кричит Арми. — Мы опаздываем.
Я слышу, как остальные забираются в пикап. Моя ухмылка становится шире, в воздухе между нами повисает вызов.
Айрон резко поворачивает голову, глядя на Мейкона.
— Дай мне свой нож.
— Зачем?
— Просто дай его мне, Мейкон!
Айрон протягивает руку, и Мейкон медлит, пока заводится двигатель пикапа. Он лезет в карман, достает перочинный нож и бросает его Айрону.
Айрон ловит его в воздухе, резко разворачивается и направляется обратно к ресторану вниз по улице.
Мы все стоим и смотрим, как он решительно шагает к лестнице, но затем останавливается возле отцовского «Benz», достает лезвие, и до меня доходит, что он собирается сделать.
— Нет! — рычу я, но слишком поздно.
Он наклоняется, вонзает нож в переднее левое колесо и проводит лезвием по резине, расширяя порез.
— Ах! — вскрикиваю я, пока в пикапе позади меня раздается взрыв смеха.
Айрон подбегает обратно, бросает нож Мейкону и улыбается.
— Заменить и это тоже?
— Ах ты ж сукин... — цедит Мейкон, бросаясь ко мне, пока мы оба наблюдаем, как Айрон-мать-его-Йегер подтягивается на борту и запрыгивает в кузов пикапа.
— Какого хрена ты творишь?! — кричу я.
Он ослепительно улыбается мне в ответ.
Я сжимаю кулаки.
— Ах ты мудак!
Он откидывает голову назад, заливаясь смехом.
— Гони, гони, гони! — кричит он Арми в кабину.
Они все вопят от восторга, пока Арми срывается с места.
— У-у-ух! — орет Трейс.
— Черт бы вас побрал! — кричит им вслед Мейкон.
— Вообще-то, я могу вызвать Uber! — кричу я.
— Мы вернемся в пять! — кричит в ответ Айрон, приподнимаясь на коленях, пока они отъезжают. — Скажи Мариетт, что нам как обычно, и не могла бы ты приготовить те фаршированные грибы, которые приносила на Четвертое июля?
— Я тебе ни хрена готовить не буду!
— Но я же сажусь в тюрьму, Крисджен!
В его голосе звучит такая блядская невинность, словно я должна его пожалеть. Трейс закрывает лицо руками, не в силах сдержать смех.
Они скрываются вниз по улице, а мы с Мейконом просто стоим на месте. Пейсли хихикает внутри моей машины.
— Господи... — цедит сквозь зубы Мейкон. — Сукин...
Я поднимаю на него глаза; его лицо мрачнеет, когда он переводит взгляд с уехавшего пикапа на меня.
Я пожимаю плечами.
— Я тут ни при чем.
— Просто... — выдавливает он, вскидывая руки, словно собирается кого-то задушить, а затем указывает на «Мариетт». — Иди туда и отрабатывай всё это. Видит Бог, я сейчас, блядь, просто взорвусь.
У меня нет шанса продолжить спор, прежде чем он уходит обратно в гараж, но я не уверена, что стала бы. Я бы просто уехала. Если бы у меня была машина.
Я пинаю камень, глядя на «Mercedes», который теперь перекошен так же, как мой «Rover» прошлой ночью. Да пошли они нахуй, эти мальчишки.
Проклятье!
Я вытаскиваю сестру из машины и иду обратно к «Мариетт», крикнув Мейкону, проходя мимо гаража:
— Чаевые я оставляю себе!
Я замечаю часы над меню на стене и ускоряю шаг, ставя сэндвичи перед двумя пожилыми леди и забирая их пустую тарелку из-под закусок.
Я хотела уйти до пяти, чтобы Айрон не мог злорадствовать, когда зайдет и увидит меня здесь.
Однако день пролетел быстро. Для моего самого первого рабочего дня всё оказалось не так уж плохо. Такое чувство, будто я приношу пользу, и мне это нравится. Приносить им напитки. Принимать заказы. Доливать газировку. Убирать тарелки.
Это даже забавно. Мне нравятся люди.
И самое приятное — я была постоянно занята. Другая официантка ушла пораньше, так что с самого полудня я зашивалась, и хотя обслуживать столько столиков в одиночку было напряжно, в многозадачности оказалось что-то странно удовлетворяющее. Долить напиток за четвертым столиком, нужна чистая вилка за восьмым, заказ для тринадцатого готов, острый соус на первый...