Но это не его вина. Это моя. Айрон был прав.
Я тащу брата вниз по лестнице и через вестибюль, но слышу позади мужской голос:
— Мисс Конрой.
Я останавливаюсь, вспомнив, что здесь отец Клэй. Но, обернувшись, вижу, что это вовсе не он. Джером Уотсон подходит ко мне со стороны лаунж-зоны; каждый стул за барной стойкой позади него почти занят, и всё это мужчины.
Он смотрит на меня с блеском в серых глазах, а я продолжаю держать руку на запястье брата. Лучше бы это был папа Клэй.
Он останавливается; его белая рубашка помята, но всё еще заправлена в черные костюмные брюки. Галстук и пиджак, вероятно, брошены где-то в баре. Он улыбается, и лишь несколько темно-русых волосков выбились у виска. Впрочем, волос на голове всё еще много. Хоть что-то.
— Мне вас не хватало в церкви сегодня утром, — говорит он.
Он переводит взгляд на Марса, затем лезет в карман, достает двадцатку и протягивает брату.
— Держи, почему бы тебе не купить чего-нибудь перекусить?
Но я подталкиваю Марса к двери, отдавая ему свои ключи.
— Пейсли в машине. Жди меня там.
Он бросает обеспокоенный взгляд то на меня, то на Джерома, но делает то, что ему велели. Я снова поворачиваюсь к мужчине постарше.
Его губы растягиваются в улыбке.
— Твой TikTok был милым.
Я выгибаю бровь. У него есть TikTok? Ура.
Он делает шаг ближе, и хотя я никогда бы не отступила перед Майло, у меня нет проблем с тем, чтобы отступить перед этим парнем. Я делаю шаг назад.
— Тебе не нужно меня бояться, — говорит он мне. — Я надеюсь, ты станешь той, кто узнает меня лучше всех.
Язык словно наждачка. Я не хочу узнавать его лучше. Он смотрит на меня, и я чувствую себя голой. Я знаю, чего он хочет. Знаю, что обещает ему моя мать. Я не обязана делать то, чего не хочу. Это факт.
Но это также и не решение проблемы.
Он понижает голос.
— Могу я как-нибудь с тобой увидеться?
Я открываю рот, чтобы отказаться, но затем снова его закрываю. Что там сказал Майло? Вся власть в мире у тебя. Я не знаю, что он имел в виду, но уверена, что за этим что-то кроется.
Джером Уотсон связан со всеми, кто способен как возвысить, так и уничтожить Залив.
Прежде чем я успеваю слишком долго об этом думать, я слышу, как отвечаю ему:
— Может быть.
Может быть, он всё-таки окажется полезен.
Он улыбается и берет мое лицо в ладони. Но не целует.
Он возвращается в бар, а я стираю его прикосновение со щеки, покидая клуб.
Рейф открывает мне дверь, и я выхожу на середину подъездной аллеи. Марс сидит на пассажирском сиденье, играя в телефоне, а темный силуэт Пейсли всё еще без сознания на заднем сиденье.
Однако я не иду к машине. Что имел в виду Майло?
Мне нужно подумать.
Я выхожу на лужайку, между двумя деревьями, и замираю, когда длинная струя разбрызгивателя проносится над моей головой. Вода льется на меня, я закрываю глаза и откидываю голову назад. Пара козодоев поет в лесу далеко впереди, на другой стороне поля, и я остаюсь стоять там, пока разбрызгиватель делает еще один круг, а затем еще один.
Выход есть. Вот что имел в виду Майло. Для меня, для Йегеров — не знаю, но если бы он лгал, то не был бы столь туманен. Он был туманен, чтобы подразнить меня.
Проблема в том, что на самом деле я не настолько умна. У меня может случиться аневризма, пока я буду пытаться разгадать эту загадку.
— Ненавижу этих людей, — говорю я себе. Столько игр. Надеюсь, Клэй держит Лив подальше от всего этого, потому что мне было бы жаль любого, кто выйдет замуж за Святого. А уж за Йегера и подавно.
— Крисджен? — окликает кто-то.
Я распахиваю глаза и резко оборачиваюсь: из тени между деревьями появляется Арми Йегер.
Я расправляю плечи, наблюдая, как он приближается; руки в карманах, взгляд неизменно твердый. Словно он вообще не моргает.
На нем лесно-зеленая футболка, сквозь которую едва проступают мышцы груди, и мне всегда нравилось, что его волосы вечно выглядят так, будто он на неделю-другую опоздал к парикмахеру.
Что он здесь делает?
Я смахиваю воду и волосы с глаз, мельком взглянув на Рейфа, всё еще стоящего у двери, но больше никого не вижу. Снова смотрю на Арми.
— Вы, парни, что, по вызову работаете или типа того? — ворчу я. — Кому-то срочно понадобилось подстричь газон посреди ночи?
Его брови ползут вверх.
— Ауч.
Но за напускной обидой я вижу улыбку.
— Прости, — усмехаюсь я.
Сегодня Айрон заставил меня выпустить когти. А потом Майло. А потом Джером. Он достает пачку наличных и протягивает мне.