Я кричу:
— Беги!
Он ухмыляется.
— Я не гоняюсь.
— Тогда боюсь, ты никогда меня не поймаешь.
Развернувшись, я мчусь на другую сторону, но внезапно передо мной вырастает Арми. Я резко торможу, откидываясь назад, но он хватает меня за шею, и его губы кривятся в зловещей улыбке.
Краска с его руки обжигает шею ледяным холодом.
Он стягивает сюртук с моих плеч, и я позволяю ему соскользнуть по рукам, ловя его кистью.
— Ты слишком старый, чтобы видеть меня голой, — дразню я его.
Он выгибает бровь.
— При условии, что я уже видел...
Что?
Он убегает, а я на секунду застываю, пока вокруг меня носятся голые люди.
Что он сказал?
Я трясу головой и бегу в безопасное место.
Он ничего такого не имел в виду. Это не значит, что он говорит о той ночи. Это просто означает, что он однажды видел меня голой. Может, он видел меня на диване на следующее утро. Я лежала на животе, и одеяло в основном закрывало меня.
В основном.
Или был еще тот случай в июне, когда мы с Трейсом были в бассейне одни. Было очень поздно, и мы увлеклись моментом. Может, не все тогда спали.
Я вбегаю в гараж Йегеров, бросаю сюртук и осматриваю жилет на предмет краски. Насквозь ничего не просочилось. Хорошо. Я знаю, что Лив разрешила мне оставить наряд, но она вложила в него много труда. Мне было бы жаль его испортить.
Мимо меня проходит женщина топлес, с бретелькой бюстгальтера, свисающей с плеча, и почти все парни уже без рубашек.
Йегеры и Арасели стоят под дождем, готовые; музыка снова включается, и какой-то парень рядом со мной вскидывает руки.
— Вперед! — кричит он.
Мы все бежим. Трейс пятнает меня. Я теряю шляпу. Черт возьми.
Музыка останавливается и начинается снова; я бегу, со смехом перепрыгивая через кого-то на земле, и почти добираюсь до другой стороны, прежде чем Арасели едва не хватает меня за живот.
Еще три раунда, и я теряю оба ботинка и один носок, пока Даллас, Арми и Трейс преследуют меня, а я изо всех сил стараюсь растянуть это удовольствие как можно дольше, в то время как все вокруг меня уже почти голые.
Большинство выбывает, как только остаются в одном нижнем белье, нас осталось всего около четырех человек.
Айрон всё это время не сводит с меня глаз.
— Вперед! — снова кричат они.
Начинает играть музыка, мы мчимся; теперь Йегеров больше, чем бегунов, и это лишь вопрос времени.
Я бегу по лужам на дороге, дождь струится по моему лицу. Арми замечает меня, останавливается и выглядит так, словно собирается броситься в погоню. Я спотыкаюсь.
Прямо в объятия Трейса.
Он смеется, сжимая мою задницу обеими руками.
Я толкаюсь, вырываясь из его хватки, пока он меня не отпускает.
— Ты больше не имеешь права трогать меня там! — огрызаюсь я.
— Ага, давай продолжим притворяться, что это было твое решение.
Мудак.
Он обходит меня, не отрывая взгляда от моих глаз.
— Я хочу эту юбку, Крисджен.
Я стягиваю свой последний носок и вместо этого швыряю им в него.
Он запрокидывает голову, смеясь в ночное небо, и убегает.
— Трусиха!
Я бросаюсь в безопасную зону; музыка смолкает, и я в одиночестве расхаживаю перед въездом в гараж. Последние три игрока находятся в соседнем гараже, и, полагаю, почти голая парочка позади меня, сосущаяся за верстаком, на сегодня закончила.
Айрон наблюдает за мной, и я ни за что на свете больше не сниму ни одной вещи.
Тогда почему бы мне просто не сдаться?
Музыка грохочет, перекрывая шум дождя; я бегу, и Трейс бросается на меня. Я смеюсь так сильно, что чуть не давлюсь, но ныряю, прокатываюсь под ним и ухожу в сторону.
Я не успеваю заметить, куда он делся, как оказываюсь зажатой между двумя ногами, возвышающимися надо мной.
Даллас смотрит на меня сверху вниз, вытянув кулак. Он сжимает его, и я вижу, как начинает капать красная краска. Я закрываю глаза в самый последний момент, чувствуя, как теплые капли — одна за другой — падают мне на лицо рядом с губами.
Открываю глаза и свирепо смотрю на него сквозь пелену дождя.
— Тебе следовало бы быть повежливее с людьми, которые приносят тебе еду, — рычу я.
Встаю на ноги и собираюсь бежать, но внезапно они все оказываются здесь.
Арасели бьет меня по ногам.
Я кричу.
Арми плещет мне на спину.
Я судорожно вдыхаю.
Трейс щиплет меня за нос.
Я в бешенстве:
— Какого хрена вы все творите?!
Я резко оборачиваюсь.
И оказываюсь в объятиях Айрона, его перепачканные краской руки сжимают мою талию.