Я показываю ему средний палец, беззвучно произнося губами: «Пошел ты».
Он надувает губки и, используя свой собственный диалект языка жестов, так же беззвучно отвечает: «Но я люблю тебя».
Мудак.
Я разворачиваюсь и захожу в дом, бросая туфли в гостиной и отправляясь на поиски телефона. Мой остался в машине, но, кажется, кто-то из них всегда забывает свой в доме. Я роюсь в гостиной, проверяя зарядки, а затем иду на кухню, но свет над плитой и в ванной в коридоре внезапно гаснет. Я оглядываюсь в поисках любых других признаков света.
Электричество вырубилось. Я смотрю в окно гостиной и вижу, что фонари на улице и домах напротив тоже погасли.
— Крисджен! — кричит Арми. — Проверь щиток!
Ну уж нет. Я здесь не живу.
Я нахожу зажигалку, чиркаю ей, иду в обход кастрюли с водой на кухонном столе, которая наполняется из-за протекающей крыши. Вместо этого я поднимаюсь наверх, за телефоном Айрона, который, вероятно, всё еще в его комнате. Он не мог взять его с собой в тюрьму.
Я иду по коридору, его дверь прямо по курсу, но тут до моих ушей доносится звук, а затем я замечаю что-то под ногами.
Опускаю огонек зажигалки и вижу на полу воду.
Какого хрена?
Поднимаю пламя над головой, но не вижу никаких протечек сверху.
А затем снова слышу звук. Плач.
Декс.
Заглянув в комнату Арми, я вижу Декса, стоящего в кроватке, и подхожу, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Дотрагиваюсь до его головы, покрытой прямыми каштановыми волосами, и проверяю пижаму — всё сухо.
Я глажу его по маленькой щечке.
— Я принесу тебе попить, приятель.
Оставив дверь открытой, я беру полотенца из шкафа в коридоре и бросаю их на воду.
Затем замечаю, откуда она берется. Подхожу к ванной, наступая в ручей, вытекающий из-под двери.
На мгновение медлю, понимая, что что-то не так.
Толкаю дверь.
Мейкон сидит на полу, прислонившись спиной к ванне, а раковина валяется на плитке. Вода из прорванной трубы хлещет наружу, и я чувствую запах рвоты. Желудок скручивает. Что случилось?
Одно колено у него согнуто, на нем покоится рука, а голова отвернута в сторону. Я опускаюсь перед ним на колени, проверяя, нет ли крови или признаков переломов.
Но он просто сидит. Глаза открыты. Дыхание спокойное.
— Крисджен! — зовет меня Арми.
Я не двигаюсь.
Стакан с раковины катится по воде; я подбираю его, подставляя под струю, льющуюся из трубы. Наполняю его, а затем поворачиваю вентиль, перекрывая воду. Ставлю стакан и чистое полотенце для рук на маленький столик рядом с ванной.
Я тяжело дышу, беру его за лицо и пытаюсь повернуть к себе, но он мягко вырывается.
Наклоняюсь ближе, принюхиваясь. Не думаю, что он пил.
Какого хрена произошло? Это он сделал?
Я чувствую, как он наблюдает за мной, и поднимаю глаза.
— Что случилось? — шепотом спрашиваю я. — Ты ранен?
Он не отвечает.
— Что я могу сделать?
— Уйди.
Я внутренне содрогаюсь. Я не хочу уходить. Ему стало плохо? Может, он слишком сильно оперся на раковину? Или упал на нее?
Или... он разозлился и вырвал ее из стены.
Я не отрываю взгляда от его глаз, пока его взгляд, устремленный на меня, смягчается.
— Ты выглядишь красиво, — шепчет он.
И я изучаю каплю, стекающую по его мокрому лицу, убеждая себя, что это просто вода из прорванной трубы. Я хочу прикоснуться к нему. Хочу помочь.
Но сдерживаюсь.
Поднимаюсь, отхожу и начинаю закрывать дверь.
— Я позабочусь о Дексе, — говорю я ему. — Я прямо внизу.
И поворачиваю замок на внутренней стороне двери, оставляя его одного.
На следующее утро я ставлю стакан на кухонный стол, прислушиваясь к шагам Мейкона на полу надо мной. Обычно он уже встает к этому времени.
Я вытерла воду в коридоре, починила щиток, дала Дексу перекусить и попить, и уложила его спать еще до того, как парни вчера закончили возиться с моей машиной.
Затем я проскользнула в комнату Лив, прежде чем они поднялись наверх.
Но даже когда Трейс и Арми улеглись, я всё равно не могла уснуть. За ночь я трижды выходила из комнаты, чтобы осторожно подергать ручку двери ванной, и каждый раз обнаруживала ее запертой. Я чуть не разбудила Арми, потому что мне стало страшно. Что-то определенно было не так, и, возможно, оставлять Мейкона одного было не лучшей идеей.
Но на четвертый раз, около половины четвертого утра, дверь наконец оказалась открыта, а ванная пуста. Вода на полу была убрана.
Я смотрю на ледяной желтый напиток, который только что поставила на стол, но затем снова беру его и переливаю смузи в черную кружку. Ставлю ее на место Мейкона.