– Мне полагается награда? – невинно поинтересовался Тони, и она фыркнула, рассмеявшись:
– Ты невыносимый!
Хм-м… вот интересно, что должно произойти, чтобы Джун хоть раз проявила инициативу в их отношениях? Наверное, апокалипсис с последующим перерождением вселенной.
То есть, ждать бесполезно.
Тони тяжело вздохнул:
– Ладно, идем. Как раз к ужину вернемся, – и Чейз поддержал:
– Умираю от голода.
– А ты разве не умеешь добывать подножный корм?
– Всю прошлую неделю я на спор питался мелкими грызунами, хочу нормальной пищи.
Тони растерялся, не зная, что ответить.
Черт. Кажется, ему начинал нравиться Чейз.
– Как Олсен поживает? – спросил этот йетти по дороге.
– Кто?.. А, вроде бы, неплохо. Паркеры в Италии до зимы. Олсен прошлым летом получила диплом и работает журналистом-видеоблогером. У нее свой канал.
– Она всегда была целеустремленной девчонкой, да?
– Да, пожалуй.
Тони давно не общался с Паркерами, только с Нэнси изредка пересекался по работе. Раньше часто подмывало поехать в Лондон к Крису, спросить, как дела. Но Тони знал, что дела шли успешно. Олсен колесила по разным странам. Мелани еще два года назад перебралась во Флоренцию, поближе к солнцу и подальше от Бэмби…
Мел оказалась сильным человеком, гораздо сильнее него. Прямо сейчас он едва выдерживал пару шагов, которые отделяли его от Джун, а Мелани выдерживала расстояние в целый континент.
И Тони вдруг понял, что ни за что не уедет далеко от Джун. Его окончательно и бесповоротно засасывало в болото. А он и не сопротивлялся больше.
Джун
Вечером пошел снег.
Джун пила чай и зачарованно наблюдала, как крупные хлопья медленно кружатся в воздухе за окном. Казалось, она и сама падает вместе с ними, настолько спокойно было на душе.
– Давайте поиграем, что ли? – предложила заскучавшая Уитни, которая разомлела у очага.
– Во что? – лениво отозвался Чейз, и Тони, не открывая глаз, подал голос:
– «Я никогда не». Тогда не придется двигаться.
Тетя Летти сползла с дремавшего мужа и молча принесла из бара бутылку текилы и ряд стопок.
– Развлекайтесь, а я, пожалуй, вернусь к ничегонеделанию, – сонно потянулась она и буквально свалилась обратно на Колина, который лежал на самом удобном диване у дальней стены. Все-таки умел он выбирать лучшие места. Природный дар.
Холли, которая, наоборот, к этому времени как раз выспалась, вползла в гостиную и, передернув плечами, хрипло попросила:
– Приглушите свет, пожалуйста. Глаза режет.
– В комнате только камин горит, потушить его? – ехидно бросил Люк и разлил по стопкам текилу.
Уитни сходила на кухню за лаймом и солью, и игра началась. Решили, что признания должны быть провокационными, а выпивать «штраф» придется тем, кто заданное действие совершал. Вроде наказания за шалости.
– Я никогда не дрался за деньги, – первым заявил Чейз, и Люк, презрительно глянув на соперника, опрокинул стопку.
– В школе, выпускной класс, – поделился воспоминаниями будущий хирург, и Джун заметила, как скептически на него посмотрел Тони.
Да неужто в группе помощи анонимным врунишкам прибыло? Люк соврал, чтобы выпендриться перед Холли? Знал бы он, что она терпеть не могла драчунов.
– Я никогда не отказывался от секса из гордости, – противным тоном заявил Люк, и Холли высокомерно сложила руки на груди, давая понять, что тоже не совершала подобной глупости.
– Ты решил, что я тебя тайно хочу? – Она недоверчиво хохотнула. – Вот же кретин.
– А с чего ты взяла, что мой вопрос о тебе? Зацикленная на себе нимфоманка, – парировал Люк, и Чейз угрожающе-добрым голосом сказал:
– Эй, полегче, притормози, парень.
Люк сделал вид, что не видит и не слышит Чейза, а вместо этого с иронией истинного сноба повторил:
– Что? Никто из присутствующих не отказывался от удовольствия из гордости?
Разве что из страха, подумала Джун. Но это другое и не считается. Она затаилась, как осьминог, а Тони вдруг потянулся к текиле и выпил.