Драма, мистика или комедия?
Марина Саматова:
– Лента не вызывает резкого отторжения и неприязни. Впрочем, и иных сильных переживаний – тоже. Нет ощущения погружения, причастности к происходящему: экран не становится окном в чужой мир.
Иногда создаётся впечатление, что вы смотрите не кино, а нечто иное. Например, сцена, в которой Николай и Матильда летают на воздушном шаре, напоминает музыкальный клип – будто вот-вот зазвучит современная привязчивая мелодия. Несмотря на то что задумывался фильм как историческая драма, сомневаюсь, что из кого-то он смог выжать хоть одну слезу. А вот без смеха не обошлось. Особенно зал веселился, наблюдая за матушкой-императрицей, которая то и дело заглядывала куда-нибудь в самый неподходящий момент.
«Ты имеешь право на всё, кроме любви»
Елена Дроженникова:
– Складывалось ощущение, что актёрскому составу давали разные сценарии: граф Воронцов всё время играет в триллер, Матильда изображает фам фаталь и, соответственно, драму, Николай II чётко вписывается в мелодраматические рамки. Словом, «кто в лес, кто по дрова».
Создатели картины называют своё творение историческим драматическим блокбастером. И ни режиссёр, ни сценарист не подумали, что мелодрама и блокбастер – жанры разные, между собой не совместимые. Тут уж, простите, либо плачущий император Николай II – и на этом мелодраматизме строится весь фильм, либо царь Александр III, который держит руками крышу вагона, чтобы выбралась вся семья – героизм и «русский дух».
Впрочем, «Матильда» рассчитана на тех, кто ничего и никогда не слышал о доме Романовых, и понятия не имеет о реальной исторической подоплёке. Такой зритель увидит то, чем режиссёр прикрыл это жанровое безумие: красивую картинку на большом экране, богатые костюмы и большую, чистую всепобеждающую «правильную» любовь.
Одной красоты мало
Анастасия Кузьмина:
– Если вы ждёте от «Матильды» скандального сюжета, то разочаруетесь. Никакого «запретного плода» в картине я не увидела. Фильм больше походит на сказку о любви с очень вольной трактовкой исторических событий.
Из истории известно, что Николай II любил Александру Фёдоровну и перестал общаться с балериной сразу после помолвки с императрицей. В фильме же принцесса Алекс ревностно борется за будущего супруга, даже прибегает к оккультизму и колдовству. Операция по избавлению от соперницы вызывает жалость к будущей правительнице.
А вот Матильду жалко не было.
Обсуждение провала
Мария Бурмистрова:
– Фильм одновременно и фантастически хорош, и совсем никуда не годится.
Михалина Ольшанская напоминает хрупкую нимфетку, которая рано поняла, что способна пленять. Сколько бы она ни пыталась держать голову высоко и не отдаться Николаю, но её соблазнительный взгляд со сцены говорит обо всём. Ларс Айдингер показывает Николая не императором, а юношей, который, несмотря на стеснение, всё же желает «острых ощущений». Он крайне эмоционален, импульсивен, ему не претят слёзы и излишнее проявление заботы по отношению к женщине, которая может разрушить всю его жизнь. Он разрывается между истинным, как ему кажется, счастьем и обязательствами перед Российской империей. Естественно, делает выбор в пользу страны. Перед этим, правда, отключившись на пару минут во время коронации.
Хоть Учителю и удаётся сохранить баланс между пошлостью и презентабельностью, сценарий оказывается всё же провальным.
Ни чувств, ни смысла
Александра Тхоровская:
– Конечно, фильм нельзя назвать затянутым и скучным, но это не является плюсом. Кадры так стремительно сменяют друг друга, что не успеваешь начать сопереживать героям. Совершенно не веришь ни их любви, ни их страданиям, ни им самим. Вместо сильных личностей – какие-то эскизы, будто персонажей лишь набросали до последующего редактирования. Про которое все забыли.
Пустые страсти
Алексей Песочин: