Генно-модифицированный продукт с виду не отличается от нормального, но изнутри литературный организм незаметно подтачивается, претерпевает необратимые изменения. И вот уже происходит сбой в области жанра: по канонам литературоведения называть это сочинение романом неправомерно, так как здесь всего одна сюжетная линия, связанная со злоключениями Знаева. Следовательно, перед нами – повесть, хотя и растянутая по объёму, который можно было бы и поджать. Так, две встречи героя с финансистом Плоцким и «спортсменом» почти дублируют друг друга.
Впрочем, Андрей Рубанов мог бы без труда избежать некоторых упрёков. В магазине Знаева есть главный стенд, где продаются военная амуниция и фирменные телогрейки. Рядом «маячил «Патриот» – манекен в полный рост, одетый в соответствии с основной концепцией торгового дома: солдатские берцы, чёрные хлопковые штаны, подпоясанные солдатским ремнём, телогрейка и тельняшка…» Если заглавие книги поставить в кавычки, то многое станет понятным.
В разгар „мужской осени“
Андрей Рудалёв
Название романа может ввести в заблуждение. Особенно тех, кто приспособился смотреть на всё через призму идеологических окуляров, кто привык к лобовому удару по всем идейным фронтам.
С одной стороны, мы ждём правдивого отображение кондово-ватного рыцаря патриотической идеи без страха и упрёка. А с другой, можно предположить, что будут его изобличение и откровенный стеб.
Патриоты и патриотизм сейчас в тренде. С этих позиций и автора за одно только название можно было бы обвинить в махровой конъюнктурщине. Однако все эти искусственные патриотические манекены были выброшены вон, и перед нами предстала судьба мужчины, прочно слитого с новорусской историей, но взыскующего чего-то большего, чем тот же дикий дух капитализма.
Свой трудовой путь Сергей Знаев, которого Андрей Рубанов вывел ещё в романе «Готовься к войне!», начал в 91-м, когда стал промышлять обменом валюты. Постепенно превратился в акулу бизнеса. Занимался тем, что ему интересно, и бросал наскучившее. И при этом, даже попав под заказной пресс силовиков, остался государственником. Это важно. В его ситуации можно было легко проклясть всё и вся и начать сокрушаться о бесконечном российском беспределе. Но он остался мужчиной, у которого не только сны были о чём-то большем, но и сам он вовсе не стал хищником, взявшим на вооружение лозунг: человек человеку – волк.
Герой «Патриота» – это вовсе не попытка реабилитации девяностых и современных российских реалий, а иллюстрация того, что и это время не было полностью и бесповоротно отдано во власть тьмы и хаоса. Что и тогда были люди, занимавшиеся созиданием, борьбой с пустотой. Возможно, это именно те праведники, трудами которых мы все спаслись от полного краха.
Знаев выступает «за большие дела». В то же время ищет вариант идеальной телогрейки – ватного символа России, материализации её нацидеи, квинтэссенции русской матрицы. Она должна быть недорогой, «неубиваемой вещью» и при этом её не жалко. Это будет символ «сурового нового мира», который «придёт на смену прогнившему и продажному международному капитализму». Сам проект его магазина «Готовься к войне!» был вызовом духу капитализма. В том числе и к этой войне Знаев призывал готовиться, а теперь в ней необходимо участвовать. Таково его большое дело. Его он не продал американским геям, хотя эта сделка и сулила ему многие выгоды и решение проблем.
«Я превращаю пустоту в содержание», – говорит Сергей Знаев, рассуждая о своём магазине. Он создал его с «пустого места. Тут был овраг и бурьян, а теперь свет горит, асфальт лежит, и люди ходят толпами. В этом мире всё начинается с таких, как я. С тех, кто делает. Сначала надо что-то сделать. Из говна слепить конфету, как мой папа говорил. А уж потом, когда есть конфета, появляется всё остальное: государство, полиция, пенсионные фонды, войны, внешняя политика».
Вот и Андрей Рубанов, сам – бывший предприниматель, в интервью сайту «Горький» отметил, что «экономика, которую мы строили, – это была не экономика барышей, а экономика созидательная. Мне это в ней и нравилось. Созидательный труд, самостоятельность, инициатива – это мои главные ценности с детства». Этот созидательный аспект крайне важен в книге. В ней проговаривается, что человек – соавтор, подмастерье Бога, он улучшает, переделывает мир, который «с самого начала нуждался в доработке». Человек должен испытывать его, «регулярно настраивать заново». Эти мысли у героя от отца.