16-летний сын Сергея, с которым тот только познакомился, причисляет его к травмированному поколению людей, которые родились при социализме, а потом были заброшены в капитализм.
Если это так, то отец Знаева из поколения раздавленного. Он колдовал с паяльником, был электротехником, после его созидательного труда «магнитофон начинал играть. Телевизор начинал работать». Запах канифоли был для героя схожим с запахом ладана в храме. Отец всё делал собственными руками, улучшал, преобразовывал. Один из тех, кто отлаживал, настраивал мир. Работал на секретном заводе, производящем электронное оборудование для ядерных электростанций. Слыл за лучшего специалиста. Сделал для сына электронную музыкальную установку, и тот стал задумываться над созданием своей команды. В какой-то мере через это получил свою путёвку в жизнь. Но потом стала разваливаться страна, вместе с ней семья Знаевых. Отец запил, как многие тогда, его созидательный труд был не нужен. Так и сгорел. Мать ушла к врачу-любовнику, сам Сергей жил уже отдельно.
Знаев – герой современного романтизма. Лермонтовский парус новой России. Плоть от плоти страны, которая является для него аксиологической константой. Он, как и его отец, считает, что всё время надо что-то делать, что «жизнь – одна, её надо тратить на созидание». В этом его главное знание. Он стал самодостаточным в бурной стихии разлома и травмы, нёс и реализовывал идею созидательного священнодейства, которым был заражён от отца. Он хорошо запомнил его, преобразовывающего мир, в том числе их однокомнатной квартиры, через это и сам Сергей становился особенным среди своих сверстников. Но атмосфера тех же 90-х была такова, что созидание разбивается о скалы.
Сергея Знаева несёт на них, поколенческая травма даёт о себе знать, расколет и его. Этот раскол уже намечается: два сына, как два пути, два полюса нашего общества. Старший скорее принадлежит к «племени вежливых людей». 16-летний отпрыск Сергей – «сопливый либерал», внешне точная копия отца, но выросший без него. Он мечтает стать «гражданином мира» и собирается учиться в голландском Утрехте. После того как его мать Вероника высказалась про «эту страну», Знаев «перестал к ней всерьёз относиться». Знаевские сыновья не знают друг друга, герой призывает их общаться. Как будет – неизвестно. Примирятся ли противоречия, или раскол обозначится ещё больше…
Нынешняя возлюбленная Гера определяет Знаева как «карикатурного человека». Мать младшего сына аттестует как призрака, «существо, пришедшее с тёмной стороны». Её пугает знаевская ватная сущность. Бывший друг Плоцкий утверждает, что Знаев «только на одну десятую –настоящий. Остальное – воздух». У всех них другая система ценностей. Они ничего не знают о знаевском созидании. Постаралось и время, которое придало карикатурные черты.
В романе важно, что Знаев остался человеком, а всё остальное – социальные роли. И здесь есть очень важный, можно сказать экзистенциальный аспект рубановской книги. Это история мужчины, которому далеко за сорок. История кризиса даже не его мировосприятия, а отношения к жизни. К периоду, когда наступает некоторое охлаждение к ней, притягивает «пустая чёрная воронка», которая впереди, и всё неотступнее желание раствориться в ней. В этом «Патриот» схож с книгой Германа Садулаева «Иван Ауслендер».
Это мужская осень.
Не пресловутый кризис среднего возраста, не опускание рук и уход от схватки, тут другое. И здесь Рубанов также вводит читателя в заблуждение. Сергею Знаеву ставят диагноз, на котором написано «лишний человек», обвиняют в упадничестве. Какое упадничество, когда в самом финале он бросил вызов уже океанической стихии и вступил с ней в схватку? А он мятежный просит бури… Раствориться в чёрной точке, обрести тот самый покой лермонтовского паруса, но в битве и, наверное, в самом серьёзном его сражении. Стать гигантским марлином из повести «Старик и море».
В какой момент он попал на крючок, когда его окружили стаей акулы?.. В 91-м, когда «наступал новый справедливый мир», а сам он в итоге стал «карикатурным человеком» и вместе со своим поколением травмированным? Он не детище 90-х, хотя и состоялся благодаря им. Знаев – пример созидательного героя. Он делает новое из ничего. В нём силён «зов крови», который зовёт его, в том числе на Донбасс. Знакомо ему и ощущение сопричастности на инстинктивном уровне, которое он испытывает, посетив храм.
«Патриот» – роман борьбы, преодоления травматической стихии. А герой на стороне света, боец. Он противостоит также бесам и искушениям. В жизни же отнюдь не разочаровывается, но испытывает её, отлаживает механизмы.