Обычная провинциальная история, которая, признаться, могла произойти и в столицах, ожила в Орле под руководством Ильдара Гилязева, московского режиссёра-постановщика. Ему удаётся не просто сломать стереотип столичного художника, который непримиримо ???борется с провинциальным театром и традиционным отношением зрителя к одному из самых древних видов искусства. Гилязев представляет водевиль русским, полным чувств, переживаний людей с широкой душой и мечтой творить, он не пытается осовременить материал, не стремится придать героям черты нынешнего века – они и так все налицо. Его трепетное отношение к пьесе и попытка донести до зрителя утерянную эпоху с первой минуты спектакля твердит???, что здесь не будет ни новеньких словечек, ни современных жестов, ни лишних, выделяющихся вкраплений – только единый стиль, традиционность и лёгкость, свойственные выбранному жанру.
Но что же тогда мотивирует говорить об этой постановке? Пожалуй, лучше всего знакомиться с провинциальным театром в провинции, особенно, когда его традиционность и сакральное отношение к искусству как таковому выходит на первый план. Обычная, можно даже сказать, весьма заезженная история покорения сцены предстаёт перед зрителем в привычных, казалось бы, красках, но выигрывает не цвет палитры, предложенной её создателем, а подача, своеобразная, нацеленная на погружение в театр прошлого, который сейчас увидеть можно разве что чудом.
Скромные стены орловского театра, созданные из ДСП, тонкие и довольно хрупкие, с массивными колонами, придающими им объём, парочка афиш, выполненных в стиле своей эпохи, тумба с репертуаром, за которой так вычурно для зрителя прячутся главные герои, две двери по бокам – персонажи редко выходят из-за кулис, предпочитая быть ближе к зрителю. Сценография спектакля проста, здесь не увидишь проекций, нынче так модных за пределами двух столиц, не насладишься массивными задниками и яркими кабинетами – сценограф показывает театр не объёмами и красками, он на пару с режиссёром оперирует к героям????, вот в них-то как раз и закладывается самое большое значение водевиля.
Каким ярким и неповторимым предстаёт главный персонаж Лев Гурыч. В этом старом фантазёре, то и дело выдающим небылицы, можно увидеть и заботливого отца, любящего свою единственную дочь, и мага-грузина, с выраженным акцентом, и типичного еврея, одессита по воле и духу, и вполне серьёзного мужчину, сообразительного и очень внимательного к мелочам. Лев Гурыч, почти всегда присутствующий на сцене, покоряет своей простотой, не актёрской, а человеческой, в нём сосредоточены лучшие русские качества провинциального человека своего времени.
Режиссёр хитро делает акцент на второстепенных персонажах. Так, запоминающимся кажется образ пьющего и слишком сентиментального сценариста Борзикова, то и дело впадающего в хандру, мечтающего и умеющего считать деньги. А костюмчик только подчёркивает его жалкое положение – вряд ли рубашка без рукавов, зато с манжетами, может быть в гардеробе князя или высокого интеллектуала.
Костюмы в спектакле вообще говорящие: провинциальная прима Сурмилова щеголяет в вычурных, ярких, можно даже сказать, пластмассовых платьях – такими же искусственными и временными становятся её талант и слава. Клакеры все как на подбор, даже герои спектакля, репетируемого и выпускаемого под финал пьесы, соответствуют своему времени.
Артисты поют лёгкие песни, порой с довольно глубоким смыслом, танцуют, плавно теряя грань между двумя сценариями, переплетёнными в единое целое драматургом. Иногда вообще возникает впечатление присутствия в театре прошлого: уж слишком много ставших архаизмами слов, семантику которых нынче знают единицы. Водевиль смешит, спектакль радует глаз, пьеса простая, сведённая на шутку, заставляет всерьёз задуматься над многим, начиная от своего отношения к людям и заканчивая высоким понятием театра.
Валерия Маламура
Святой Георгий. Новая жизнь
Святой Георгий. Новая жизнь
Искусство / Искусство / Губернская сцена
Евсюков Александр
Конфликт друзей, замешенный на вере
Теги: Липецкий театр драмы , «Георгий Победоносец»