Он чувствовал в себе странную тишину. Словно принятое решение что-то изменило в нем. Может, это было от шока?.. Эта пустота внутри образовалась, когда он решил отказаться от старых чувств. Оказалось, их было так много, что теперь вместо них была какая-то пещера, гулкая от эха.
Он пропустил тот момент, когда что-то случилось.
Очнулся от крика — «Майкл!». Вздрогнул, вскинул голову — увидел, как Джеймс бежит к съемочной группе, а там нездоровое оживление, Джиджер вскидывается на дыбы с истерическим ржанием, люди что-то кричат. Майкл бросился к ним. Осенило его уже на бегу: Джеймс не знал. Он не знал, что Майкл в последний момент отказался от сцены и отдал ее Шеймусу. И если что-то случилось — Джеймс решил, что случилось оно с Майклом.
Шеймус лежал на земле, неестественно бледный, в испарине. Кто-то рвался к нему — помочь, что-то сделать, подержать голову, кто-то, не соображая, что делает, повторял, что его нужно поднять. Один помощник режиссера отгонял от него каждого, кто пытался дотронуться до парня, второй ходил взад-вперед с трубкой у уха.
— Что случилось? — спросил Майкл, поймав за рукав оператора.
— Не знаю — лошадь скинула, — растерянно отозвался тот. — Разогналась — и как вкопаная перед забором! Он кувырком через голову… и прямо на камни. А она как взовьется — и на него!..
— Лошадь не виновата, — хриплым шепотом сказал Шеймус. — Она оступилась, сама испугалась.
Майкл огляделся, встретился взглядами с Джеймсом. Тот сам был белый, как полотно.
— Службу спасения вызвали? — спросил Майкл. Его, как и всех, охватило паническое стремление суетиться и что-то делать. Он присел рядом с Шеймусом, кивнул ему, мол, ничего, обойдется. На него шикнули, чтобы не прикасался — он шикнул в ответ, мол, не собирается. — Спиной на камни? — спросил он у Шеймуса.
— Ног не чувствую, — шепотом признался тот.
— Не могут! — воскликнул второй помощник, отнимая трубку от уха. — Все на вылете — у западного берега круизный лайнер сидит на мели, все вертолеты там! Могут машину прислать, через час приедет.
— По таким дорогам? — воскликнул Майкл. — С такой травмой? Они ебнулись там все?!
— А если О’Деррика попросить! — крикнул кто-то. — На Цессне! Тут до Голуэя полчаса лету!
— О’Деррик в запое, — бросил кто-то еще. — Как вы начали в пятницу, так он и не закончил.
— Я могу, — решительно сказал Джеймс. — У меня есть лицензия, я умею летать.
Глава 16
— Кто полетит с ним?
— Я полечу, — мгновенно отозвался Майкл.
— Да ты сам бледный весь, — начал Шене, потянулся взять его за плечо. — Успокойся, о нем позаботятся. Ты ничем не…
— Я полечу! — огрызнулся Майкл, сбросив его руку. — И не обсуждается!
Режиссер смерил его взглядом, видимо, сомневаясь в том, следует ли его отпускать. Майкл насупился, скрестил руки. Он не собирался ни с кем спорить и никого убеждать — он полетит, и все. Даже если ему придется угнать самолет вместе с Джеймсом, приставив ему пистолет к голове.
Шене, видимо, почувствовал его настрой, отмахнулся — лети, черт с тобой.
— Возьмите с собой Марго — она позаботится о формальностях, — сказал он.
Марго, одна из его ассистенток, держалась не в пример хладнокровнее Майкла. То ли не раз уже видела травмы на съемках, то ли просто нервы у нее были крепче.
Шеймуса доставили на взлетное поле на самодельных носилках, погрузили в салон. Самолетик был больше грузовым, чем пассажирским: в нем возили зерно, поросят, ягнят, доставляли почту. Вдоль борта стоял ряд из пяти кресел, для носилок места едва хватило.
— Госпиталь в Голуэй готов принять нас, — сказала Марго, пряча телефон в карман. — Аэропорт в десяти минутах езды от него, машина скорой помощи будет ждать на месте.
— Хорошо, — автоматически сказал Майкл, хотя она говорила не с ним.
Джеймс занял место пилота, надел наушники. Уверенным жестом переключил пару тумблеров у себя над головой, оглянулся проверить, все ли устроились. Марго сидела, спокойная, как изваяние, сложив вместе колени и держа на них папку с какими-то бумагами. Майкл хотел спросить, знает ли Джеймс, куда вообще нужно лететь, но подумал, что, наверное, тот разберется. Не вызвался бы, если бы не мог разобраться.
Шеймус лежал смирно, иногда неестественно медленно прикрывая глаза и облизывая губы розовым от крови языком. Дышал он с заметным свистом, морщил брови от боли. Майкл постарался унять панику, наклонился к нему, осторожно тронул за плечо. Поводов для оптимизма было мало, но он надеялся, что они все же были. И чем быстрее они доставят Шеймуса в руки врачей, тем лучше все кончится. Майкл старался не думать о том, что кончиться все может — хуже некуда. Разрушенной карьерой. Инвалидной коляской.