— Я?.. — изумился Майкл. Последний раз на дне рождения девятилетней девчонки он был тогда, когда ему самому было десять.
— Фредди, не умолкая, говорит только о лошадях, — сказал Эван. — Джейн заразилась — ты же знаешь, какая она обезьянка — и теперь просит у меня пони в подарок. Я думал, она хочет плюшевого, но она хочет живого!.. Как я могу подарить ей живого, если его негде держать?..
— А я тут при чем? — спросил Майкл. — Фредди тоже хотела пони, но я ей сказал, чтобы губу не раскатывала.
— И Фредди две недели жаловалась на это Джейн, так что та теперь бредит собственной конюшней! Я уговорил ее поменять пони на говорящего попугая — и тебя впридачу
— Так, слушай, я, конечно, люблю тебя, но ты не можешь подарить меня своей дочери, — засмеялся Майкл.
— Ей нравится твой Крюк! — тоже смеясь, пояснил Эван. — Ты бы мог прийти к ней на день рождения?.. Только в костюме!..
— Поверить не могу, что ты нанимаешь меня аниматором к своей дочери, — Майкл старался сдерживаться, но не улыбаться во весь рот не мог. — Хорошо, я приду. Но если мне понадобится написать песенку — ты у меня в долгу и с тебя музыка.
— Договорились! — с энтузиазмом кивнул Эван и хлопнул Майкла по руке.
Краем глаза Майкл заметил пару знакомых фигур, не прощаясь, отошел от Эвана. Винсент заметил его первым, развернулся, тронул за локоть Джеймса. Томми все-таки пригласил их. И хотя Майкл предпочел бы видеть Джеймса одного, без этого паровозика, он не хотел никому портить сегодняшний день.
— Привет, — сказал он и протянул руку — сначала одному, потом второму.
— Привет, — негромко отозвался Джеймс, вскидывая глаза. Словно ничего между ними не было, а если и было — то он не хотел об этом вспоминать. Наверное, как-то вот так он и представлял их встречу в Киприани?.. Какой-то такой?..
Джеймс был какой-то причесанный, ровненький, идеальненький — будто Винсент, как мама-кошка, вылизывал ему шерстку, прежде чем выпустить в люди, и Джеймс был приглаженный, умытый и слегка оглушенный после такой процедуры.
После обмена обычными любезностями Майкл не удержался, спросил:
— Вы уже выбрали дату?
— Начало сентября, — охотно сказал Винсент. — Третье или четвертое, мы еще не решили.
— А, самое начало, — сказал Майкл. — Жаль. Я думаю, не смогу прилететь — у нас съемки будут в самом разгаре.
— Конечно! — успокивающе сказал Винсент, будто с потрохами купился на эту отмазку. — Ничего страшного. Съемки — это важно.
— Очень важно, — кивнул Майкл. — Ужасно жаль, что я не смогу.
— Мы все понимаем, — серьезно кивнул Винсент и даже протянул руку, чтобы успокивающе тронуть Майкла. Забота сыграна была блестяще — Майкл оценил. Со стороны, не зная, о чем идет речь, никто бы не заподозрил фальши. Виктории вот в голову даже не пришло что-то подозревать, и она заговорила о свадьбах с Винсентом — и этой, и будущей, и о возможной — своей.
— Куча народу, да? — сказал Майкл. Пока Виктория развлекала Винсента светской беседой, он тоже вполне мог по-светски поговорить с Джеймсом. Да? О чем-то нейтральном.
— Мой отец тоже здесь, — негромко сказал Джеймс, глянув на него. — Просто хотел тебя предупредить.
Взгляд у него бы какой-то слегка заискивающий. Типа, «я знаю, что ему есть за что получить от тебя, но, пожалуйста, не бей по лицу, и вообще не трогай его».
— Я не буду скандалить с твоим отцом, — смиренно сказал Майкл. — По крайней мере, не сегодня. Как-нибудь в другой раз.
— Я бы предпочел, чтобы ты вообще не скандалил, — вздохнул Джеймс.
— С ним? — уточнил Майкл. — Или вообще?
— Вообще.
— Не, ну я так не могу, — сокрушенно сказал Майкл. — Я же творческая натура. Знаешь, каких нервов мне стоит один день не поскандалить? Даже представить нельзя, каких. Я вот сегодня — могу. А завтра — уже не могу, мне прям физически надо наорать на кого-нибудь.
Джеймс невольно засмеялся, заулыбавшись.
— И на кого же ты обычно орешь? — повеселев, спросил он.
— Так на тех, кто затронет мою тонкую творческую натуру, — предельно серьезно сказал Майкл. — На таксиста могу. На коллег каких-нибудь. На дождь. На шкаф. Один раз на велосипед наорал — ну, его Питер перед крыльцом оставил, а я вышел в темноте покурить, и как пизда… как ударюсь, — поправился Майкл. — Надо было тогда на Питера наорать, но мне лень было — это его еще сначала идти, потом будить, потом объяснять… Пока объяснишь, уже орать перехочется. Так что я — на велосипед, очень неплохо вышло.
Джеймс тихо хохотал, держась за руку Винсента и пряча в него лицо. Винсент сдержанно улыбался, будто Майкл рассказал какую-то вульгарную, но все же смешную шутку. Виктория, прослушав рассказ и ничего в нем не поняв, все равно легонько посмеивалась, подыгрывая Майклу.