— Да?..
— Ты рехнулся?! — привычно, сходу, заорал Зак. — Майки!.. Ты рехнулся!.. Ты ебнулся! Что ты творишь!
— Привет, — флегматично сказал Майкл, пальцами протирая слипающиеся глаза.
Несмотря на вчерашнее шампанское, в голове, как ни странно, было не так уж и плохо.
— О твоем свидании с Сазерлендом сейчас будет знать весь интернет! — у Зака, кажется, начиналась истерика. — Кто-то выложил в Инстаграм ваши фото! И не одно!.. Пять! Он там держит тебя за задницу! А ты лапаешь его с такой рожей, будто это самый счастливый день в твоей жизни!
— Да что ты психуешь, — мирно сказал Майкл. — Ну, удалите их — было из-за чего меня поднимать. Я спал.
— Он спал! Он спал!.. — выкрикнул Зак, будто обращался без микрофона к аудитории на стадионе Уэмбли. — С кем ты спал?! Ты едва отмазался от истории с Лейни!.. Ты не мог подождать, пока все не уляжется?!
— Это Лас-Вегас! — рявкнул в ответ Майкл, недовольный таким напором. — Никто не имел права нас фотографировать! Это запрещено правилами казино!
— На каждое правило найдется дебил вроде тебя, который его нарушит!
— И что? — вспылил Майкл. — Я был пьян, я встречался с другом! Я теперь не могу ни с кем встретиться?
— Мы оба прекрасно знаем, что он тебе никакой не друг, — прошипел Зак.
— Это мы знаем! А все остальные — нет! У меня дома Бран живет месяцами — тебя это не беспокоит?.. Тебе не приходят мысли, что мы с ним трахаемся?..
— Не приходят, потому что с ним вы не трахаетесь! — отрезал Зак. — Майки!.. Послушай меня, завязывай с этим, пока все не стало еще хуже. Или твоя карьера повторит крутой вираж Лейни — вниз, в ад, в полную жопу!
— Какой вираж?.. — спросил Майкл. — У него все в порядке, я слышал, что он снова снимается.
— А ты слышал, в чем он снимается?
— В гей-порно?.. — язвительно спросил Майкл.
— На твоем месте я бы так не шутил! — раздраженно отозвался Зак. — Его карьера — все. Кончена. Знаешь, куда его приглашают? На роли педиков! Смешных педиков, трагических педиков и педиков-подружек-невесты в ромкомы! Других предложений для него нет! Его рейтинги ухнули вниз, будто к ним слона привязали. Через полгода про мальчика все забудут. Я не дам случиться этому с тобой! — агрессивно сказал Зак. — Поэтому, Майки, будь добр, твою мать, не светись!..
— Ты знаешь, что ты меня достал?.. — не выдержал Майкл.
— Майки, — значительным тоном сказал Зак. — Поверь мне. Просто поверь. Я тебя люблю. Я не хочу делать тебе больно, но я тебя умоляю, держись подальше от Сазерленда. Или ты огребешь такие проблемы, что я тебя не спасу. Если ты подставишь Ларри и перестанешь быть прикрытием для Виктории, ты, в отличие от Лейни, имеешь все шансы реально закончить в гей-порно. Потому что больше никто никуда тебя не возьмет.
Майкл раздраженно фыркнул.
— Где ты сейчас? — деловым тоном спросил Зак, явно закончив его отчитывать.
— В Лас-Вегасе, — недовольно сказал Майкл.
— В Лас… что?.. — задохнулся Зак. — У тебя выступление на этом долбаном буккроссинге через три часа!..
— На «Бук Эйд», — машинально поправил Майкл.
— Мчись сюда и не вздумай опаздывать!
— Так, — спокойно и серьезно сказал Майкл. — Захария мать твою Айзенберг. Ты там расслабился у меня, я смотрю. Привык к моему хорошему поведению. Что я тебя слушаю и киваю. Ты не борзей, я же могу вспомнить, как вы мне рубашки с трусами возили и от полиции отмазывали. Я могу и выебываться начать. Хочешь? Нет? Тогда закрой рот и организуй мне чартер. Ты мой агент или кто? Вот и работай.
Он сбросил звонок. Повернулся, посмотрел на Джеймса, который сонно моргал и щурил глаза на дневной свет из-под одеяла. Улыбнулся ему. Хотел было пожелать доброго утра — но его перебил новый звонок. Теперь — на другой телефон.
Джеймс испуганно и виновато распахнул глаза, мгновенно покрываясь румянцем стыда. Схватил телефон с тумбочки. Сел.
— Oui, — хрипловато-сонным, расслабленным и абсолютно невинным голосом ответил он. — Да, дорогой. Да, только что проснулся…
Глава 26
После разговора с Винсентом Джеймса как будто перемкнуло. Он замолчал, ушел в себя так глубоко, что его было не дозваться. Все время смотрел в сторону, в окно такси, куда угодно — лишь бы не на Майкла. Изводил себя, тут и думать было нечего. До самолета Майкл дотерпел, но когда взлетели — сел к Джеймсу, заглянул в лицо.
— Посмотри на меня.
Джеймс поднял на него страдающий взгляд, отвернулся.
— Майкл, не надо.
— Ты знал, что так будет, — тихо сказал тот и взял его за руку. Джеймс болезненно поморщился, отстранился. — Ты знал, — твердо повторил Майкл, не отпуская. — Ты хотел, чтобы так было. Ему можешь врать сколько хочешь, но мне — не надо.