Глупостью было приехать к нему вот так, без предупреждения. Мальчишеством. Почему ни разу не пришло в голову приехать к нему под окна в Кенсингтон — тогда, когда еще мог?.. Забраться в сад через решетку с шипами, кинуть камешек в окно, дождаться, пока Джеймс выглянет из темной комнаты. Знаками, чтобы не разбудить родителей, попроситься впустить. Только тихо!.. Откроешь заднюю дверь?.. Окно! окно ближе!.. Спускайся давай!.. Припарковался — да там! Неважно! Я тихо!.. Иди ко мне!.. И целоваться, прячась в тени, прижимая друг друга к стене дома, грея холодные ладони Джеймса под мотоциклетной курткой, тихо смеясь, сталкиваясь носами и лбами. И даже ресницами.
Почему никогда так не делал?..
Майкл достал телефон. Джеймс ответил на звонок почти сразу. Было бы лестно думать, что он ждал — но, скорее всего, телефон просто был у него под рукой.
— Привет.
— О, привет! — отозвался Джеймс. Будто они были приятелями, были друзьями, которых никогда не связывало ничего рискованнее совместной попойки. — Рад тебя слышать.
— И я тебя, — сказал Майкл, вглядываясь в кусты герани, над которыми по крышам ползли темные облака с ярком жемчужным краем.
— Как дела?
— Хорошо, — сказал Майкл. — Хорошо. Вот, собираюсь прилететь во Францию. У Вик тут съемка, я решил, слетаю с ней за компанию. Чего дома сидеть одному, да?
— Да, — согласился Джеймс. — Здорово. И когда?
— Скоро, — сказал Майкл, уловив легкий энтузиазм в его голосе.
— Скоро?..
— Очень скоро.
— Насколько скоро?..
— Вообще-то я уже здесь.
Джеймс на короткое время замолчал, потом спросил совсем другим, напряженным тоном:
— Ты в Париже?..
— Ага, — подтвердил Майкл.
— Надолго?..
— На три дня.
Джеймс замолчал. Майкл почти видел, как тот обкусывает себе губы, решая, что с этой новостью делать. Стоит, наверное, где-то рядом с окном. Сквозняк трогает ему голую шею, на шее — черный шнурок. Зябко.
— Может быть… — задумчиво начал Джеймс, — может, выпьем где-нибудь кофе?..
Майкл прикусил губу, чтобы не улыбаться во весь рот. Постарался ответить серьезно, по-деловому:
— Отличная идея. Давай.
— Так, дай мне подумать, — сказал Джеймс абсолютно нейтральным и ровным тоном, будто не с Майклом разговаривал, а с курьером службы доставки. — Где ты сейчас?..
— Где-то… ну, не знаю, я же тут первый раз, — сказал Майкл. — Погоди минуту, я сейчас поймаю кого-нибудь и спрошу, что это за улица.
— Ты не знаешь, где ты?.. — серьезно спросил Джеймс, будто с потрохами купился.
— Ну, типа, я просто гулял, куда ноги ведут, — отозвался Майкл, отходя чуть дальше к углу улицы. — Потом вспомнил, ты же в Париже живешь. Решил позвонить… о, я вижу табличку. Написано «пять».
— Майкл, это номер дома, — даже в трубке было слышно, как он улыбнулся, прикусив подушечку большого пальца.
— Ну да, даже французы не настолько психованные, чтобы называть улицы номерами. Так, нашел название улицы. «Руи…»
— «Рю», Майкл, это читается как «рю».
— Не знаю, написано — «руи», я так и читаю. Не морочь мне голову! Так, улица Руи…
— «Рю» это и есть «улица», Майкл, не веди себя, как придурок, — Джеймс откровенно смеялся в трубку. — Пришли мне фото таблички, я скажу, где ты.
— Нет, знаешь что — это уже дело принципа. Я что, не смогу прочитать название улицы? Не держи меня за дебила, ладно? Так, «руи дес…»
— «Рю». «Рю де»… что там дальше?
— Что-то про розы.
Джеймс замолчал. Майкл слышал, как тот дышит в трубку. Хотелось верить, что взволнованно, а не злобно.
— Что-то про розы?.. — переспросил Джеймс.
— Ага.
— Ты что, у моего дома?..
— Ага, — сказал Майкл, возвращаясь под его окна.
Высоко вверху распахнулось окно, из-за ящика с геранью показалась голова Джеймса. Майкл отошел к противоположной стороне улицы, махнул ему рукой.
— Ну ты и придурок, — сказал Джеймс в трубку.
— Давай выпьем кофе прям у тебя?
— Майкл, у меня мало времени, — с искренним сожалением сказал Джеймс. — Мне через час надо ехать в аэропорт, встречать Винсента, он прилетает из Марселя, у него там… неважно, просто мне надо будет уехать.
— Ну на чашку кофе-то времени хватит, — серьезным тоном возразил Майкл. — Мне растворимый пойдет. Не надо ничего молоть, жарить, варить. Насыпал в кружку, залил…
— Боже, заткнись, — оборвал его Джеймс. — Мне дурно от твоих описаний. Поднимайся, — и назвал код от домофона.