— А мне можно?.. — она протянула обе руки, и Майкл передал ей трость.
— Только не размахивай во все стороны, это все-таки оружие, хоть и ненастоящее, — предупредил он. — Смотри, вставай вот так… Ноги шире, разверни носки. Колени чуть согни — нет, не так сильно.
Он поставил ее в боевую стойку, показал пару самых простых приемов, которые выучил еще на съемках «Неверлэнда». Фредди с энтузиазмом принялась их репетировать, прыгая по тренировочной площадке и вопя, что она — королева пиратов.
— Иди сюда, королева пиратов, — позвал Коди, взяв вторую трость. Они были легкими, тренировочными — с ними ставили хореографию боев, отрабатывали движения.
Фредди с кровожадным криком бросилась в атаку. Коди, смеясь, отбивался, легко парируя удары, она наседала, гоняя его по всей площадке, хохотала, радуясь каждой маленькой победе. Майкл не выдержал — включился в игру. Рыжий вихрь окружал их со всех сторон, только успевай поворачиваться. Фредди хохотала звонко, задиристо. Когда безудержная инерция унесла ее к краю площадки, Майкл и Коди переглянулись, выпрямились.
— Задала жару, да? — сказал Коди, локтем вытирая лоб. — Вот же счастливый ребенок. Хотел бы я быть таким в ее возрасте.
— Хотел бы я, чтобы она всегда была такой, — сказал Майкл.
— Сзади!
Трость врезалась ему под колени, ноги рефлекторно подогнулись, он упал на колени. Фредди, ахнув, бросила палку, прижала обе ладошки ко рту, с ужасом глядя на него.
— Ты в порядке?.. — Коди тут же оказался рядом, навис. Майкл кое-как сел, согнулся, растирая ушибленное место. Болело адски, отдаваясь аж в щиколотке, колени ныли — кажется, Фредди случайно попала в очень неудачное место. Майкл закатал штанину, ощупал место ушиба. Фредди всхлипывала от ужаса, глядя на него.
— Что ж ты делаешь, — морщась, сказал он.
— На вид ничего страшного, — уверенно сказал Коди. — Просто синяк будет. Я принесу лед.
— Прости, прости меня пожалуйста!.. — Фредди, отмерев, кинулась Майклу на шею, прижалась к шее мокрым лицом.
— Да ладно, ничего, — тот погладил ее по спине. — Все в порядке.
Ушиб пульсировал и горел, Майкл растирал его, пока Коди не принес холодный компресс.
— Очень больно?.. — жалобно спросила Фредди.
— Не очень, — сказал Майкл. — Никогда так больше не делай, ладно? Ты же видела, что я не смотрю на тебя. Что на тебя нашло?
— Я не знаю, — Фредди испуганно надула губы. — Оно само…
— Ничего не «само», — сказал Майкл. — А если бы ты мне в лицо попала? В глаз?..
У Фредди дрожали губы, она всхлипывала и утирала нос. Майкл притянул ее к себе, обнял.
— Сейчас все обошлось, — негромко сказал он ей на ухо. — Но иногда одной секунды хватает, чтобы ничего уже нельзя было исправить. И всем становится плохо. И тебе, и тем, кто рядом с тобой. Так что думай, что творишь, ладно?.. И не реви, — Майкл отстранил от себя Фредди, вытер ей глаза. — Ты меня не убила. Но мы больше так не играем.
Та хлюпнула носом, кивнула.
Майкл попытался подняться на ноги, но с первой попытки не смог. Коди протянул ему руку, чтобы помочь, Майкл уцепился, подтянулся рывком. Прошелся, прихрамывая.
— Ладно, — сказал он. — Жить буду. Но теперь только мирные экскурсии.
Съемки должны были начаться лишь через пару дней, так что на мирные экскурсии времени у них было — вагон. И Майкл показал ей свою жизнь — ту ее часть, которая придавала смысл всему, что он делал. Он познакомил Фредди с гримерами, ей разрешили посидеть в кресле перед зеркалом и нарисовали пиратский знак на щеке.
Отвел в костюмерную, где Фредди дали влезть в подходящее платье, чтобы сделать пару фото. Показал реквизит, неотличимые от настоящих пистолеты, ножи, драгоценные ожерелья. Рассказал, как идет работа, как снимаются дубли. Фредди было интересно все: попрыгать на репетиции танцев рядом с группой из массовки, поваляться на матах, поглядеть на камеры и мониторы, пока операторская группа пристреливалась к местности и делала планы, влезть в каждое занимательное место старинного дома, от подвала до чердака. Майкл даже рассказал ей историю с призраком, от которой Фредди была в полном восторге.
Читку сценария делали в танцевальной зале поместья. Владельцы не жили здесь, сдавая старинный дом туристам, свадьбам и студиям. Его аккуратнейшим образом подготовили: уже перестелили полы, чтобы не повредить драгоценный столетний паркет, заменили антикварные шелковые ковры имитацией, проложили рельсы для камер, расставили световые пушки. Декораторы все еще работали в комнатах, художественно покрывая картинные рамы и полки пылью. Владельцев дома предупредили, чтобы примерно месяц в доме не делали уборку, чтобы он выглядел в нужной степени запущенным, но естественная запущенность, конечно, не шла ни в какое сравнение с художественной.