(Ями)
Повернула бы я друга на дружбу
хоть и прошел он морские воды
мудрый родитель зачал бы внука
в начале провидящий продолжение.
(Яма)
Но друг твой не хочет подобной дружбы
с женой однокровной как чужеродной
ибо Асуры сыны небодержцы
великую землю обозревают.
(Ями)
Но ведь этого хотят эти боги
да был бы сын от первого из смертных
да вошла бы мысль твоя в наши мысли
как супруг к супруге в плоть ты вошел бы…
Мазохизм не в традициях человечества, поэтому сказители скоро взялись пересматривать самоистязающую концепцию прародительского инцеста. Преодолевался грех обычно тремя способами: ослаблением родственных связей между пережившими бедствие людьми, передачей супружеских функций «Ноя» какому-либо божеству, внеполовым восстановлением послепотопного человечества.
Как забавный курьез здесь можно отметить, что такие великие хитрецы, как греки, попробовали на своих послепо-топных прародителях — Девкалионе и Пирре — все три способа преодоления инцеста разом. Во-первых, они утверждали, что их предки были не родными, а двоюродными братом и сестрой. Но Овидий, страстный собиратель пикантной мифологии, постоянно заставлял Девка-лиона начинать свое обращение к Пирре со слова «сестра»:
Нас, о сестра, о жена, о единая женщина
в мире,
Ты, с кем и общий род, и дед у обоих единый,
Нас ведь и брак соединил, теперь соединяет
опасность, —
Сколько не видит земли Восток и Запад, всю
землю
Мы населяем вдвоем. Остальное все морю
досталось.
Во-вторых, некоторые эллины утверждали, что Девкалион был рогат, и своего первенца — Эллина — Пирра родила не от него, а от Зевса. В-третьих, большую часть обновленного человечества Девкалион и Пирра воссоздали внеполовым путем — посредством брошенных через голову камней. Вот как описывает этот магический акт Аполлодор: «Зевс, послав к Девкалиону Гермеса, разрешил Девкалиону просить у него все, что ни захочет, и Девкалион пожелал возродить людской род. Тогда Зевс повелел ему бросать камни через голову. Те камни, которые бросал Девкалион, превращались в мужчин, те же, которые бросала Пирра, становились женщинами». Остается добавить, что прием с бросанием камней пришелся по душе многим сказителям, он встречается в потопных легендах индейцев макуша, таманак, в индонезийском мифе о потопе.
Не обрели покоя души мифографов даже тогда, когда, отказавшись и от кровосмесительной, и от магической форм воссоздания послепотопного человечества, они свели дело к изображению спасения обычной, не связанной узами родства супружеской четы. Такой вариант не решал проблему инцеста, а лишь отодвигал ее, так как, пусть не самому «Ною» с женой, но их детям все равно пришлось бы вступать в кровосмесительный брак. Выход был один: увеличить число плавающих в ковчеге, с тем, чтобы исключить инцест даже в перспективе. Так родился весьма популярный восьмичленный вариант команды ковчега: «Ной» с женой, три их сына с тремя невестками — который, наконец, освободил сказителей от печальной необходимости каждый раз извиняться за непотребное поведение после потопной пары.
Помимо восстановления первоначального образа «Ноя» и эволюции его, анализ «потопной» мифологии позволяет реконструировать и первоначальное имя «Ноя». Звучало оно приблизительно как «Ман» (или Мин) и означало «Премудрый». Собственно, имя Ману (Мудрый) носил «Ной» не самой ранней индийской легенды о потопе, и считать его эталонным не было бы серьезных оснований, если бы не дубликаты этого имени в других «потопных» мифах.
Во-первых, в качестве тезок индийскому Ману напрашиваются имена некоторых американских «Ноев»: инкского Манко, алголкиндского Манибозо, папагосского Монтесумы. Во-вторых, тезками индийского Ману, вероятно, можно считать мифических персонажей, прямо с «потопной» легендой не связанных, но занимающих в национальных мифологиях места, традиционно отводимые «Ною»: прародителя народа или первого царя. Таковыми являются: Мин (первый египетский царь), Минос (первый критский царь), Манес (первый лидийский царь), Миний (первый царь греков-минийцев), Манн (первый германец).
В-третьих, существуют легенды, в которых первоначальное имя «Ноя» — «Мудрый», сохранилось без первоначальной фонетики, но в достаточно близком к оригиналу переводе. Это: «Весьма премудрый» (Атрахасис) — имя «Ноя» вавилонского мифа, «Мудрец» (Куниан) — имя «Ноя» мифа индейцев гарскин, «Промыслитель» (Прометей) — имя отца и ангела-хранителя греческого «Ноя», «Пророк земли» (Чиовотмахке) — имя отца и ангела-хранителя «Ноя» мифа индейцев пима.