Начали мифографы с того, что представили дело так, будто солнце и луна отсутствовали на небосводе лишь на время бедствия. Бразильские индейцы племени паумари, абедери и катауша утверждали, что в начале потопа густая мгла поднялась от земли к небу и дневной свет исчез; с ним соглашались эквадорские индейцы племени мурато, говоря, что катастрофа происходила в полной темноте. О темноте, как о спутнице потопа, рассказывали также на островах Гилберта в Микронезии. В несколько смягченном виде этот же «факт» сообщался в древнефризском предании о потопе: «Солнце скрылось за тучами, как будто оно не хотело больше смотреть на Землю». Совершенно недвусмысленно на данный счет высказалась талмудическая традиция иудеев, она прямо утверждала, что пока длился потоп, солнце и луна не посылали своих лучей на землю, и Ною для исчисления времени приходилось пользоваться специальной полученной от ангела книгой.
Очень своеобразно трактует данное явление Библия. С одной стороны, следуя уклончивой традиции шумеров, она лишь заключает период бедствия явлением радуги — заменителя солнца: «Я полагаю радугу Мою в облаке, чтобы она была знамением (вечного) завета между Мной и между землей. И будет, когда я наведу облако на землю, то явится радуга (Моя) в облаке; и Я вспомню завет Мой, который между Мной и между вами и между всякой душей живою во всякой плоти; и не будет более вода потопа на истребление всякой плоти».
Но с другой стороны, есть в Библии строчки, намекающие на какие-то, связанные с потопом кардинальные изменения в небесной механике. Несколько ранее Ягве роняет такую выразительную фразу: «…не буду больше поражать всего живого, как Я сделал: впредь во все дни земли сеяние и жатва, холод и зной, лето и зима, день и ночь не прекратятся». Казалось, какой смысл было после потопа обещать не нарушать порядка смены сезонов, чередования дня и ночи, когда этот порядок был установлен еще во времена сотворения мира и, если верить Библии, с тех пор не нарушался? Загадка? Да, но только отчасти.
Постбиблейские источники утверждали, что до потопа существовал особый, отличный от теперешнего жизненный цикл и особые отношения со светилами: женщины носили детей в утробе всего несколько дней, одним урожаем люди кормились по сорок лет, и сами обладали такой магической силой, что могли заставить служить себе солнце и луну. Даже когда разразился потоп и светила исчезли, это обстоятельство не слишком смутило Ноя, лишь затруднив ему правильное исчисление времени. Видимо, сходная картина представлялась библейским мифографам. Процитированный выше отрывок с обещанием Ягве не нарушать чередования дня и ночи, лета и зимы, недвусмысленно указывает на то, что эти чередования, обусловленные небесными циклами, были, вероятно, после бедствия в новинку.
Трудно сказать каким образом, но к той же библейской идее разрешать проблему совмещения «потопной» легенды с образами светил из третьего дня «шестоднева» путем изобретения каких-либо иных, предпотопных источников света пришли индейцы папагосы. Они рассказывали, что до катастрофы солнце «было ближе к земле, чем теперь; лучи его делали все времена года одинаковыми и одежду излишней».
Предполагать отголосок того же замысла можно в одной оригинальной детали «потопного» сказания африканцев из низовий Конго. По их словам, потоп был тогда, когда «солнце и луна встретились однажды, причем солнце обдало луну грязью и таким образом несколько затмило ее свет; по этой причине часть луны время от времени остается в тени. Во время этой встречи произошел потоп». Конечно, не об отсутствии до потопа луны, а только о появлении ее фаз сообщает эта легенда. Но то, что, по мнению африканских сказителей, с потопом в небесной механике произошли некоторые изменения и не в лучшую сторону, ставит данное предание в один ряд с еврейским и папагосским.
Наконец, в этой связи нельзя не отметить, что по представлениям индейцев майя, нынешнему, послепотопному веку предшествовали четыре мировых периода, полностью уничтоженных катастрофами. И каждый из этих периодов назывался «Солнце», только с разным порядковым номером. Видимо, «солнца» прежних лет были неподвижны. Так как нынешний век отмечен особым названием века «солнцедвижения» и, надо полагать, все эти упоминания солнца в катастрофическом контексте не случайны и связаны с давней попыткой увязать легенду о потопе с образами нарождающихся светил из третьего дня «шестоднева».