Ведь дети эмигрантов зачастую, только родившись, сразу попадают в среду 2–3 языков. У них образуются три языковых участка или все-таки расширенный один?
На все эти вопросы позволяет ныне ответить аппаратура, изучающая активность мозга методом магнитного резонанса. Человек просовывает голову в аппарат, и на экране появляется схема его мозга. Причем по мере того как он решает задачи на соображение, память и т. д. на экране отчетливо видно, что в мозге активизируются те или иные участки.
Недавно исследовательница Джой Гирш из Нью-Йоркской мемориальной больницы таким образом выявила, что языковые познания чаще всего находятся в левом полушарии мозга и лишь частично в правом. И если нож хирурга заденет один из таких центров, то пациент может лишиться одного из языков — причем вовсе не обязательно, что это будет именно иностранный.
Дело осложняется еще и тем, что языковая зона, представляющая собой пятнышко размером с карандашный ластик, не имеет постоянного места. Она формируется в детстве, выбирая себе место в определенном районе, который хотя тоже невелик, но все же больше непосредственно пятнышка.
Джой Гирш отобрала для опытов 12 добровольцев, владеющих двумя языками. Половина испытуемых овладела вторым языком в раннем детстве, другая же начала учить его в более позднем возрасте.
Сначала каждый испытуемый должен был просунуть голову в магнитный аппарат и молча размышлять на том или ином языке. Затем то же самое делалось на другом языке. Аппарат исправно фиксировал динамику активности мозга.
При этом выяснилось, что в деятельность вовлечен весь мозг, но особую активность проявляют участки Брока, названные так по имени открывшего их французского физиолога, и зона Вернике, именуемая в честь обнаружившего ее немецкого анатома.
Зона Брока контролирует навыки устной речи и грамматики. Зона Вернике ведает значением слов, их семантикой, помогая нам отбирать нужные понятия из памяти.
Ни у кого из 12 испытуемых не оказалось двух зон Вернике — оба языка размещались у них в одном центре. Но вот с зоной Брока все выглядело иначе. У тех, кто выучил оба языка в раннем детстве, она представляла собой единую зону. У тех же, кто учил второй язык в более сознательном возрасте, зона Брока оказалась разделена на две части, причем для каждого языка активизировалась своя половина.
Таким образом, получается, что в зависимости от возраста мы учим язык, опираясь на различные особенности мышления. Ребенок в раннем возрасте выучивает язык как бы автоматически, опираясь на все свои чувства — зрение, слух, осязание и т. д. Тогда оба языка смешиваются в зоне Брока, оба языка являются родными.
А вот взрослый человек осваивает второй язык уже на основе грамматики, семантики и т. д. Зона Брока у них уже отдана родному языку и второму негде разместиться, для него приходится вырабатывать новую зону.
Ну так что происходит с зоной Брока у тех полиглотов, которые знают сразу множество языков? До какого предела она может размножаться? Существует ли предел такому делению? Джой Гирш вскорости надеется получить ответы и на эти вопросы.
Методы генной терапии занимают все большее место в современной медицине. Они дают надежду на избавление от болезней, которые до сих пор являются неизлечимыми. Сегодня мы хотим рассказать вам о некоторых патентах, уже готовых к внедрению в практику.
Этой области медицины и биотехнологии немногим более 10 лет от роду. Тем не менее за ней уже значатся кое-какие достижения. Главное ее предназначение состоит в том, чтобы исправить неправильное функционирование больного организма путем замены в нем патологически измененных генов нормальными, здоровыми.
Понятное дело, такое лечение может быть применено к так называемым генетическим заболеваниям — то есть таким, в основе которых лежат как раз генные дефекты.
Замена одного гена другим в принципе может быть осуществлена двумя разными способами. Первый состоит в том, что клетка с генными нарушениями извлекается из организма и в лабораторных условиях над ней проводится операция по замене одного гена другим, после чего данная клетка снова имплантируется в организм.