«Сегодня я категорически против клонирования человека, — сказал в заключение своего выступления ученый. — Но я за то, чтобы вернуться к этому вопросу. В урочный час клонирование с целью сохранения генетических потенций гениев, с целью преодоления бесплодия и другими благородными целями непременно станет реальностью. И это будет величайшее достижение человечества…»
Согласимся с мнением специалиста и мы.
СПРАШИВАЛИ? ОТВЕЧАЕМ
Вот уже не один десяток лет некоторые исследователи пытаются отыскать в Солнечной системе некую недостачу. То они искали дублер Солнца — неведомую звезду Немезиду — далеко за орбитой Плутона, то вторую Луну, то теперь вот двойник Земли решили отыскать. Говорят, что за нашим светилом, в диаметрально противоположной от нас точке орбиты, скрывается еще одна планета Солнечной системы — Глория. Так ли это?
«За нашим Солнцем, на той стороне орбиты существует еще одна планета, не отличающаяся по массе и размерам от нашей Земли», — полагает казахский исследователь Кубайдулла Махутов. Ученые местной академии наук сочли его доводы «весьма аргументированными».
В самом деле, как полагает Махутов, идея отыскания двойника нашей планеты — неведомой нам пока Глории — идет от жрецов Древнего Египта. Согласно их представлениям, люди при рождении наделялись не только душой, но и неким астральным двойником, который затем в христианской религии превратился в ангела-хранителя. Ну а поскольку двойник тоже должен где-то обитать, то для его существования и была выдумана еще одна планета.
Со временем эта идея получила косвенное отражение в учении древнего грека Филолая, который поместил в центр мироздания не Землю, как делали его предшественники, а некий центральный огонь — Хестну, — вокруг которого вращались все остальные небесные тела, в том числе и Солнце, как бы исполняющее роль зеркала, отражая лучи центрального огня, распространяя их по Вселенной.
Более того, по идее Филолая, подобно тому как в природе все привыкли образовывать пары, так и в небе должны существовать такие образования. Причем грек не ограничился тем, что записал в напарники Земле Луну, но и предположил, что где-то там, в диаметрально противоположной точке орбиты, постоянно скрываясь от наших глаз за небесным огнем, вращается некая Антиземля.
С той поры много уж воды утекло… И небесный огонь «сгорел», и на его место переместилось наше светило Солнце, но мысль о существовании двойника Земли нет-нет, да и возникнет вновь. Насколько она оправдана?
Сначала давайте изложим все аргументы «за», которые косвенным образом указывают на существование подобного двойника…
Во-первых, существуй он в действительности, мы и впрямь не могли бы его обнаружить, поскольку «глазеть» в сторону Солнца — задача весьма непростая. Немало астрономов повредили себе зрение и даже ослепли, пытаясь наблюдать за нашим светилом. А область, которую оно прикрывает на небосклоне, достаточно велика, чтобы там разместилась вполне приличная планета…
Второе соображение основывается на том, что в свое время исследователям долгое время не удавалось предвычислить положение Венеры на небосклоне — капризная «утренняя звезда» никак не хотела следовать традиционным законам небесной механики. Как полагают некоторые эксперты, такое возможно лишь в том случае, если на движение Венеры действует гравитация еще одного, не учтенного при расчетах, небесного тела. Кое-кто обращает внимание, что подобным образом время от времени «капризничает» и Марс…
Наконец, в-третьих, имеются некие свидетельства астрономов прошлого. Скажем, в XVII веке соображениями в пользу существования Глории поделился первый директор Парижской обсерватории знаменитый Джовани Доменико Кассини. (Да-да, тот самый, в честь которого назван отправленный недавно в окрестности Сатурна межпланетный зонд.) Так вот, ему в свое время удалось обнаружить близ Венеры некий небесный объект. Кассини было решил, что обнаружил спутник Венеры. Однако его существование и по сей день не подтверждается современными исследованиями. А что, если Кассини сумел заметить другое небесное тело, а именно Глорию?..
Это суждение в какой-то мере поддержал в 1740 году английский астроном и оптик Джеймс Шорт. А еще 20 лет спустя о том же говорил немецкий астроном-наблюдатель Тобиас Иоганн Мейер — человек, известный в научном мире точностью своих суждений. Не случайно именно ему принадлежат весьма точные лунные таблицы определения долгот на море.