ДИАЛОГ 7
ВО ИЗБЕЖАНИЕ ЭПИЛОГА,
C. З. Итак, давайте попробуем подвести итоги нашего разговора. Вы продолжаете работать над своей концепцией, значит, вы полагаете, что от нее будет какая-то практическая польза? Какая?
В. А. Во-первых, польза не будет, а уже есть. Найденные мною закономерности помогают мне в повседневной работе. Во-вторых, вспомните, великое всегда начинается с малого. В 1934 году супругами Жолио-Кюри была открыта искусственная радиоактивность и получено всего-навсего два атома. All лет спустя над Японией была взорвана атомная бомба, в основе разработки которой лежала теория искусственной радиоактивности. Ныне же все человечество всерьез обеспокоено возможностью ядерного терроризма, думает, как бы нынешний, XX век, не оказался последним в истории нынешней цивилизации.
Вот я и предлагаю в очередной раз: давайте задумаемся, поищем пути безопасного выживания человечества. Эфиродинамика, на мой взгляд, лишь один из таких путей. И тут, кстати, многое зависит от того, в какую сторону будут направлены дальнейшие исследования. Можно создать человечеству экологически чистый рай. Или, напротив, устроить на Земле ад.
И каждый должен сделать выбор.
Ю. Я. Бондаренко
КТО НА СВЕТЕ ВСЕХ МИЛЕЕ?
Об авторе:
БОНДАРЕНКО ЮРИЙ ЯКОВЛЕВИЧ — кандидат философских наук, профессор Кустанайского государственного университета, автор многочисленных научных статей и нескольких монографий.
К ЧИТАТЕЛЯМ
Людей издревле влекло неведомое. Чтобы ощутить на своих губах «терпкий привкус тайны», многие окунались с головой в водовороты самых невероятных приключений. А уж решение заковыристых задач, познание непознанного иные мудрецы не променяли бы не на какие сугубо земные блага. Недаром Демокрит когда-то многозначительно заметил, что он «предпочел бы найти одно причинное объяснение, нежели обрести себе персидский престол», престол могущественнейшей в те времена державы.
Неудивительно, что и сегодня, когда, казалось бы, невероятное сплошь и рядом оказывается очевидным или, по крайней мере, правдоподобным, нас, как и века назад, влекут загадки человека и мирозданья и манят проблески ответов на все новые и новые вопросы, встающие перед человечеством. Здесь и вроде бы периферийные проблемы древних цивилизаций, и более «стержневые» — такие, как, к примеру, вопрос о дошлых инопланетянах, умудрившихся «вступить в контакт» уже с десятками тысяч землян.
Вдумчивый читатель, правда, может заметить, что иные «загадки» слишком уж напоминают мыльные пузыри; то нас ошарашивают: «Жуткая тайна Библии разгадана». То в тысяча первый раз расшифровывают Нострадамуса — и уж, конечно, с немыслимой доселе проницательностью. То вдруг засыпают рецептами душевного и физического здоровья, обещают безотказное кодирование «на материальный успех» и т. д., и т. п.
Из подобных сенсаций можно было бы составить целые тома, складывающиеся в прелюбопытнейший портрет нашего времени. При всей своей гротескной сюрреалистичности он был бы очень показателен. Однако есть загадки и вековечные вопросы, отнюдь не умещающиеся на подиуме моды. Их истоки не где-то за тридевять земель, не в сверхсекретных лабораториях ученых либо пещерах и дебрях. Они радом с нами. Наверняка каждый из нас мимоходом соприкасался с ними примерно так, как мы касаемся потока пассажиров в метро: касаемся — и, почти не замечая, устремляемся мимо по своим неотложным делам. А вопросы эти стоят того, чтобы на них задержаться взглядом. И один из самых каверзных о… красоте.
Выходите вы, скажем, теплым августовским утром из подъезда, а вам навстречу соседка с дружелюбнейше-молчаливым французским бульдогом, гордо несущим звучное имя Брендон, напоминающее о вечной «Санта-Барбаре». Милейшее создание! Но почему-то именно сегодня о нем сказали: «Как можно любить такую некрасивую собаку!»
«Да для меня он самый красивый!» — ласково говорит хозяйка, прижимая к груди своего увесистого питомца. А потом добавляет: «Меня наградили еще и сомнительным комплиментом: «Как это собаки подбирают таких похожих хозяев!»
Комплимент и в самом деле спорен. Хозяйка, хотя и круглолица, но тонка, как модель. Ну да здесь это и не имеет значения. Обратите внимание на иное, какой перед нами замечательный парадокс: бульдог для хозяйки — «самый красивый». Но «комплимент», сравнивающий ее с четвероногим подопечным, воспринимается, мягко говоря, как сомнительный.