Вызывается свидѣтель Аѳанасій Мартыновъ.
Предсѣдатель, послѣ увѣщанія, предложилъ свидѣтелю показать все, что онъ знаетъ по этому дѣлу.
Мартыновъ. Когда Петръ снесъ сверху сюртукъ и брюки, онъ показалъ ключъ и говоритъ: барыня приказала магазинъ вычистить, пойдемъ. Ну, мы и пошли. Входимъ въ дверь, онъ это пошелъ прямо, а я направо. Я на самое это тѣло наткнулся и говорю Петру: у насъ молъ тѣло. — Бѣги, говоритъ, къ хозяйкѣ наверхъ. Что, спрашиваетъ меня хозяйка, вычистили магазинъ? — Нѣтъ, говорю, сударыня, его нельзя вычистить, тамъ тѣло. — Какъ тѣло!?., бѣги, говоритъ, скорѣй въ кварталъ и заяви. Л побѣжалъ въ кварталъ и объявилъ. Сколько времени былъ запертъ магазинъ — не упомню, а такъ мѣсяцевъ десять пожалуй будетъ. Не отпирали его потому, что ключи все не находили. Я — ночной сторожъ. Разъ, помню, видѣлъ въ сентябрѣ мѣсяцѣ, часа въ три, Мазуринъ выходилъ изъ магазина. Я четыре года непрерывно живу у Мазуриныхъ, продолжалъ свидѣтель, спрошенный прокуроромъ. Я сторожъ ночной, ночью сторожу, а днемъ воду вожу, на рѣку ѣзжу. Я не слыхалъ, когда прекращалась торговля и не знаю объ этомъ: товаръ вывозить я не помогалъ.
— Можетъ — быть. Мазуринъ въ магазинъ не входилъ? спросилъ защитникъ.
— Да, я не видалъ, былъ ли онъ въ магазинѣ: я видѣлъ только, что онъ оттуда выходилъ, отвѣчалъ свидѣтель.
Подсудимый. Я только отворилъ дверь, посмотрѣлъ въ магазинъ и сейчасъ же вышелъ.
Входитъ свидѣтель Петръ Абрамовъ. — Я, началъ свидѣтель, спрошенный предсѣдателемъ, пришелъ изъ бани: въ чистый понедѣльникъ это было. Говорятъ, къ верху иди, барыня зоветъ. Я это взошелъ наверхъ, вижу тамъ батюшку: съ постною молитвой пришелъ. Потомъ, я только — что сошелъ внизъ, опять меня зовутъ къ барынѣ. Она мнѣ и говоритъ: я, говоритъ, въ шифоньеркѣ ключи отъ магазина нашла. Ты, говоритъ, поди и вычисти магазинъ. А вотъ это, говоритъ, на тебѣ, — и даетъ мнѣ сюртукъ и брюки. Сошелъ я внизъ, кликнулъ Аѳанасія, взяли мы лопату желѣзную и пошли въ магазинъ. Я пошелъ прямо, а онъ направо. Онъ мнѣ и говоритъ: у насъ человѣкъ мертвый лежитъ. Я сейчасъ: пойдемъ, говорю, вонъ. Вышли вонъ, магазина не заперли, а такъ только притворили. Сейчасъ это самое доложили барынѣ; его послали въ кварталъ, а меня къ Бахрушину. Я это перепугался, какъ тѣло нашли, брюки въ снѣгъ закопалъ, а сюртукъ въ холодный флигель бросилъ.
Предсѣдатель. Чего же вы испугались?
Свидѣтель. Когда тѣло мертвое нашли, какъ же тутъ не испугаться. — Я живу давно у Мазуриныхъ, продолжалъ свидѣтель на вопросы прокурора, я по плотничной части былъ. Три года отъ нихъ живу, да два года отъ подрядчика жилъ… Извѣстно, что каждый день почти Василія Ѳедоровича видѣлъ, и въ горницѣ видалъ; онъ и зимой и лѣтомъ больше въ сюртукѣ ходилъ, въ черномъ. Я не видалъ, чтобы онъ ходилъ въ магазинъ. Я не знаю также, когда прекращалась торговля, и товаръ я не вывозилъ. — Я совсѣмъ и не зналъ Калмыкова, отвѣчалъ свидѣтель на вопросъ защитника. Сюртука и брюкъ я не могу признать, потому я съ испугу и не запомнилъ ихъ.
Послѣ трехчасоваго отдыха, снова продолжалось слѣдствіе. Былъ позванъ свидѣтель, тифлисскій гражданинъ Теръ Масесовъ. — Я былъ прикащикомъ у Мазурина, когда онъ торговалъ, жилъ у него въ 66‑мъ году, отошелъ Великимъ постомъ, на четвертой недѣлѣ, когда торговля была прекращена и товаръ былъ проданъ весь. Тогда магазинъ былъ запертъ, и туда, кромѣ хозяина, никто не входилъ. Никакихъ ножей въ магазинѣ не было, бритва же была постоянно: она употреблялась въ видѣ перочиннаго ножа, зазубренная была. Калмыкова я зналъ; онъ къ хозяину пріѣзжалъ не очень часто. Видѣлся я съ хозяиномъ и послѣ того какъ отошелъ отъ него; на Святой недѣлѣ былъ у него; онъ самъ меня звалъ къ себѣ (свидѣтелю предъявляютъ бритву). Она сходственна по лезвію съ тою, которая была въ магазинѣ, но утвердительно не могу сказать, чтобы эта была та самая бритва. Бритва эта вездѣ лежала, не спрятана была; но я не припомню, чтобы она была въ конторкѣ. — Около пяти лѣтъ я жилъ у Мазурина, продолжалъ свидѣтель, спрошенный прокуроромъ, я только былъ въ магазинѣ отъ 9 часовъ утра до 8 вечера, а постоянно жилъ у родственниковъ. Въ магазинѣ кромѣ товара ничего не было; документовъ какихъ или вещей въ магазинѣ я не видалъ. При мнѣ былъ вывезенъ послѣдній товаръ, и въ магазинѣ ничего не осталось. Я каждое утро ходилъ къ Мазурину за ключомъ наверхъ, но была ли у него особая комната — не знаю. Осталась ли бритва въ магазинѣ, послѣ вывоза товара, — не могу сказать. У бритвы была бѣлая ручка, но такой ручки я не видалъ (разсматривая бритву). Тутъ ручки совсѣмъ нѣтъ. — Я не знаю когда бываетъ храмовой праздникъ; на кладбищѣ, гдѣ лежитъ отецъ Мазурина, дѣйствительно ѣздили, но когда именно — не знаю. — Лѣтомъ Мазуринъ носилъ пиджакъ, но болѣе онъ одѣвался въ сюртукъ, застегнутый на одну пуговицу, такъ что былъ виденъ жилетъ. Сколько я помню, въ магазинѣ рѣшительно ничего не осталось, когда была прекращена торговля.