Зарево гасло. И уж лениво приближалось.
— Длон-длон-длон…
В стороне загоралась заря вешнего утра.
Стихи: П. Дружинин, Р. Акульшин, А. Штейнберг, Н. Зарудин
ЗЕМЛЕ.
Твоею щедростью богатый,
Твоею скупостью томим —
Я неизменный твой оратай
И сумасшедший пилигрим.
Знать, никогда я не устану
Гореть и веровать светло,
Впивая жадными устами
Твое утробное тепло.
Пребуду я с тобой веками,
Очеловечившийся сын,
Держась обеими руками
За материнские сосцы.
И вечно теплый голос крови
Прольется солнцем на поля,
Чтобы любить и славословить
Тебя, родимая земля.
СТАРЫЙ КРЯЖ.
Заморщинила лоб судьба…
Все стареет — дома и крыши.
Стал Иван и сух и горбат,
Плохо видит и плохо слышит.
Тянет песню в углу сверчок,
Облепили хлеб тараканы,
Ломит спину, ноет плечо —
Скоро, скоро каюк Ивану.
Примелькалась изба давно,
Намозолили брус и печка,
И за грязным серым окном
Уносящая годы речка.
Хочешь смейся, а хочешь плачь.
По себе справляя поминки.
Зачерствела юность — калач,
Разломилась на половинки…
Вянет жизни корявый куст,
Блекнет в поле худая травка.
Старый кряж одинок и пуст,
Скоро, скоро ему отставка.
Лето, осень, зима, весна —
Повторяются ежегодья,
Только речка течет одна,
Не старея от мелководья.
Только речка — бежит, бежит.
Ночь и утро сменяют вечер.
Надоело Ивану жить,
Оттянула котомка плечи.
А когда-то, давным-давно, —
В крошки память вся измололась —
Кровь вскипала пьяным вином,
В кольца рыжий свивался волос.
Был Иван и упруг и смел,
Буйно скалил на ветер зубы
И никто другой не умел
Так облизывать девкам губы.
Серебром рассыпался смех
Из огромной луженой глотки,
Каждый пост потихоньку грех
Относили попу молодки.
Каждый пост покаянный звон
Падал в рыхлый снег голубками,
Бился лбом и Иван в амвон,
Стукал лбом и Иван о камень:
«Боже, боже, прости раба»…
Ждал Иван не чуда ли свыше?
………………………………………
Стал Иван и стар и горбат,
Плохо видит и плохо слышит.
Чует только прежним чутьем
Жизнь как будто стала другая —
Все, что чтилось дедами, — все
Внуки дерзко теперь ругают.
Тычут пальцем в лики икон,
В бога смело глазища пучат
И такой завели закон:
Клокать курицу яйца учат.
Не глядят ни на что глаза —
Все вокруг озорно да колко
И нельзя ни вперед, ни взад —
За плечами годов кошолка…
Тяжело и печально жить,
Ломят, ногат старые кости,
Поскорее бы их сложить
На зеленом тихом погосте.
Но царапает душу дрожь,
Богохульные жгут мыслишки…
Растревожила молодежь,
Чтоб ни дна ей и ни покрышки!..
Все сильнее коробит блажь,
Все короче о старом дума,
Разрушается старый кряж
От весенних дождей и шума.
И не может никак старик
Уяснить ничего на деле.
Закорузлым чулком язык
Колыхается еле-еле.
Разжимается квелый рот
И по-детски шукают губы,
Только чуется недобро
За щетиной седой и грубой…
За белками выцветших глаз
Непокорная гибнет сила —
Стариковский последний сказ,
Что услышит одна могила.
ПОДПАСОК ИВАН.
Синеглазый подпасок Иван,
с волосами светлей паутины.
У него тростниковые дудки,
ему овцы, коровы друзья.
И за то, что Иван сирота,
и за то, что он шустрый и ловкий, —
каждый любит его и жалеет
и в карманы гостинцы сует.
Сядет в поле Иван на бугре,
да наладит певучие дудки, —
звонкий жаворонок в небе застынет,
а коровы как люди глядят.