— Ладно, — сказала Клинити, — а сейчас мне надо заняться генератором ключей для взлома кодов доступа.
— Отлично! — с жаром вскричал Немо. — Есть, капитан! Обалденно! Тогда до скорого!
Когда она вышла, Немо со стоном схватился за голову и осел на пол.
Проблема, решил Немо, что в присутствии этой потрясающей женщины у него заплетается язык. Впрочем, подумав, он заключил, что употребил неверное выражение. Человек, у которого мышцы языка заплелись, например, в косичку, мог бы сказать максимум: «А! О! Э!» Беда Немо была противоположной — сильнейшее недержание речи, неспособность остановить словесный понос. Он снова застонал.
Гордон-Немо старательно изучал новую обстановку, бродя из отсека в отсек. Поезд был однозначно поезд. Однако, когда Немо указал Шмурфеусу на эту непреложную истину, коротышка твердо ответил, что «Иеровоам» на самом деле — летающая подводная лодка на воздушной подушке.
— Так почему, — не унимался Немо, — твоя подводная лодка ездит в туннеле по рельсам?
— Контакт с металлическими рельсами необходим, чтобы мы могли отправлять и получать сигналы из МакМатрицы, — спокойно ответил Шмурфеус.
— Значит, когда вы не подключены к Мак-Матрице, — спросил Немо, — вы можете оторваться и полететь?
— Мы поняли, — чуть заносчиво отвечал Шмурфеус, — что лучше не рвать контакт с рельсами. Иначе придется коннектиться и вводить пароль всякий раз, как мы хотим войти в систему. Это принцип постоянного доступа.
— Ясно, — произнес Немо самым скептическим тоном.
Может, «Иеровоам» и не был летающей подводной лодкой, но такого электропоезда Немо не видел в жизни. Место сидений занимали странные самопальные агрегаты, словно сработанные топором; складывалось впечатление, что их собирали в гараже из старых стиральных машин и холодильников. Немногочисленные сиденья походили на допотопные парикмахерские кресла: вытертая кожаная обивка, металлические подлокотники; вместо ножек — вращающаяся подставка.
— Отсюда, — объяснил Шмурфеус, — мы выходим в МакМатрицу.
— Надо же, — сказал Гордон, — как интересно.
Наконец Шмурфеус собрал всех вместе. Гор… э… Немо с трепыханием сердца старался поймать взгляд Клинити, но та упорно смотрела в другую сторону.
— Внимание! — объявил Шмурфеус экипажу. — Это — Немо.
— Гордон, — тихо сказал Гордон.
— Немо! — громко повторил Шмурфеус.
Все закричали «Ура!».
«Иеровоам» без устали сновал по туннелям, сворачивал на произвольных стрелках, останавливался ненадолго на каких-то запасных путях и вновь громыхал дальше.
— Это неизбежная необходимость, — объяснил Шмурфеус, — чтобы избегнуть столкновения с Взбесившимися Машинными Разумами. — Он замолчал, размышляя над произнесенным. — Неизбежно избегнуть, — задумчиво повторил он. — Боюсь, я не очень удачно выразился.
— Нормалек, — успокоил Треньк. — Мне понравилось.
— Взбесившиеся Машинные Разумы? — переспросил Немо, морща лоб.
— Верно, — подтвердил Шмурфеус.
— ВМРы?
Шмурфеус кивнул.
Поезд громыхал по туннелям. В какой-то момент, когда они неслись через покинутый Кеннингтон, состав притормозил и остановился. Электричество отключили, и все перебежали в начало поезда. Немо бросился вместе со всеми и успел увидеть, как мимо, перебирая металлическими щупальцами и поблескивая гроздьями глаз, проплыли три нечта.
— Кто это?
— СПРУТы, — отвечал Шмурфеус. — Они патрулируют канализационную систему. Мы должны постоянно двигаться, чтобы не угодить им в щупальца. И постоянно следить, чтобы не оказаться запертыми в тупике.