В плане денег Барри Райнхарт тихо дергал за веревочки, и средства поступали постоянно и даже соответствовали уровню расходов. 30 июня, когда наступил первый срок подачи финансовых отчетов, кампания Фиска получила 510 тысяч долларов от двух тысяч двухсот людей. Из спонсоров лишь тридцать пять пожертвовали максимальную сумму 5 тысяч долларов, и все они были жителями Миссисипи. Вообще 90 процентов спонсоров были из этого штата.
Барри знал, что юристы-судебники будут тщательно проверять спонсоров в надежде на то, что деньги льются откуда-то извне в интересах крупных бизнесменов. Раньше при проведении кампаний уже возникали подобные проблемы, так что в гонках с участием Фиска он сможет этого избежать. Он был уверен, что соберет крупные суммы денег за пределами штата, но эти пожертвования появятся в точно выбранный момент, в конце кампании, когда, согласно весьма мягким законам штата по предоставлению отчетности, эта проблема уже не может помешать кандидату. В отчетах же Маккарти отражался тот факт, что ее финансировали юристы-судебники, и Барри точно знал, как повернуть это в свою пользу.
Барри также получил в распоряжение результаты последнего опроса, которыми не собирался делиться с кандидатом. 25 июня половина зарегистрированных избирателей знали о том, что предстоит предвыборная гонка. Из них 24 процента поддерживали Рона Фиска, 16 — Шейлу Маккарти и 10 — Клита Коули. Эти цифры приводили его в неописуемый восторг. Меньше чем за два месяца Барри взял никому не известного юриста, который никогда в жизни не носил черной мантии, и поставил его против соперника с девятилетним опытом.
А ведь им еще только предстояло запустить рекламу на телевидении.
1 июля банк «Секонд стейт» был куплен банком «Нью-Виста» — региональной сетью с головным офисом в Далласе. Хаффи позвонил Уэсу Пейтону сообщить новости и в целом казался вполне довольным. Офис в Хаттисберге заверили, что не изменится ничего, кроме названия. Его кредитный портфель был проверен новыми владельцами. Они спрашивали его о Пейтонах и, похоже, удовлетворились обещаниями Хаффи о том, что в итоге кредит будет выплачен.
Четвертый месяц подряд Пейтоны отправляли Хаффи чек на 2 тысячи долларов.
Глава 22
В другой жизни Натаниэль Лестер был ярчайшим адвокатом по защите преступников, обладавшим удивительным умением выигрывать суды по убийствам. Как-то раз два десятка лет назад он за короткий период времени добился двенадцати оправдательных вердиктов подряд, причем почти все вынесли в маленьких городках, разбросанных по штату Миссисипи, где обвиняемого в жестоком преступлении, как правило, «приговаривают» уже в момент ареста. Известность Ната привлекала клиентов по гражданским делам, а его сельская адвокатская контора в городке Менденхолл просто процветала.
Нат выигрывал крупные дела и добивался еще более крупных компенсаций. Он стал специализироваться на исках о возмещении личного ущерба пострадавших от катастроф на прибрежных установках для бурения нефтяных скважин, куда многие местные мужчины отправлялись в поисках больших заработков. Он активно участвовал в деятельности различных групп юристов-судебников, жертвовал деньги политическим кандидатам, построил самый большой дом в городе, сменил кучу жен и начал много пить. Алкоголь вкупе с рядом жалоб на его аморальное поведение и стычками с другими юристами привел к тому, что сначала Нат просто сбавил обороты, а оказавшись в полном тупике, сдал лицензию, чтобы избежать тюремного заключения. Он уехал из Менденхолла, нашел новую жену, протрезвел и вновь объявился в Джексоне, где увлекся буддизмом, йогой, вегетарианством и более простым образом жизни в принципе. Одним из мудрых решений, которые он принял в пору зенита славы, было отложить немного денег на черный день.
Всю первую неделю августа он надоедал Шейле Маккарти, пока она не согласилась пообедать с ним. Каждый юрист в штате знал детали его интересной биографии, и, естественно, она нервничала. За тофу с ростками фасоли Нат предложил провести ее кампанию совершенно бесплатно. Он был готов вкладывать все усилия только в нее на протяжении следующих трех месяцев. Она обеспокоилась. Его длинные седые волосы ниспадали до плеч. Он носил элегантные бриллиантовые серьги, и хотя камни были маленькими, но все же притягивали внимание. На его левой руке виднелась татуировка, и Шейле даже думать не хотелось о том, есть ли у него другие и как они могут выглядеть. На нем были джинсы, сандалии и целая коллекция цветных кожаных браслетов на каждом запястье.