Эпилог
За ночь в кампусе выпало восемь дюймов снега, и с утра команды уборщиков расчищали лопатами дорожки и лестницы, чтобы занятия могли продолжаться. Студенты в тяжелых ботинках и теплых куртках спешили как можно быстрее оказаться в аудиториях. Температура опустилась до минус десяти градусов по Цельсию, и дул колючий ветер.
Согласно расписанию, которое он нашел в Интернете, она должна быть в аудитории Куигли-Холла, где проводила занятие по писательскому мастерству. Он нашел здание, нашел аудиторию и подождал в тепле вестибюля второго этажа до 10:45. Потом вышел на улицу и стал расхаживать по дорожке возле здания, делая вид, что разговаривает по мобильному, чтобы не привлекать внимания. Но на улице стоял слишком сильный мороз, чтобы кому-то было до него дело. Закутанный в теплую одежду, он ничем не отличался от обычных студентов. Она вышла из парадной двери и направилась в сторону от него вместе с группой студентов, которая все разрасталась по мере того, как пустели другие здания после окончания занятий. Он пошел за ней и увидел, что ее сопровождает молодой человек с рюкзаком на плече. Несколько раз свернув, они, судя по всему, направлялись к Стрипу – кварталу магазинов, кафе и баров возле кампуса Университета Южного Иллинойса. Потом перешли улицу, и ее спутник, как бы желая помочь, поддержал ее за локоть, который потом отпустил, когда они пошли быстрее.
Увидев, что они нырнули в кофейню, Брюс зашел в бар по соседству. Сунув перчатки в карманы куртки, он заказал черный кофе. Через пятнадцать минут, уже окончательно согревшись, Брюс направился в кофейню. Мерсер и ее спутник сидели за маленьким столиком, повесив на спинки кресел свои куртки и шарфы, потягивали причудливо оформленный кофе и о чем-то увлеченно беседовали. Брюс подошел к их столику незамеченным.
– Привет, Мерсер, – поздоровался он, полностью игнорируя ее спутника.
Она была поражена, даже ошеломлена и, казалось, не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть. Брюс повернулся к молодому человеку и сказал:
– Извините, но мне нужно поговорить с ней несколько минут. Я проделал долгий путь.
– Какого черта? – возмутился парень, готовый к драке.
Мерсер коснулась его руки и произнесла:
– Все в порядке. Просто дай нам несколько минут.
Молодой человек медленно поднялся, взял свой кофе и, проходя мимо Брюса, задел его плечом, на что тот никак не отреагировал.
– Клевый парень. Твой студент? – поинтересовался Брюс, усаживаясь на его стул.
Овладев собой, Мерсер отозвалась:
– Ты серьезно? А какое тебе до этого дело?
– Никакого. Ты отлично выглядишь, Мерсер, минус загар.
– Это февраль на Среднем Западе, и далеко от пляжа. Что тебе надо?
– У меня все хорошо, спасибо, что спросила. А как ты?
– Отлично. Как ты меня нашел?
– Вообще-то ты и не скрываешься. Морт Гаспер обедал с твоим агентом, которая рассказала печальную историю о смерти Уолли Старка на следующий день после Рождества. Весной им понадобилась замена и потребовался писатель для преподавания литературы. И вот ты здесь. Тебе тут нравится?
– Нормально. Только холодно, и часто дует сильный ветер.
Мерсер сделала глоток кофе. Оба не опускали глаза.
– А как продвигается роман? – поинтересовался Брюс с улыбкой.
– Хорошо. Половина уже есть, и пишу каждый день.
– Про Зельду и Эрнеста?
Она даже повеселела:
– Нет, это была глупая идея.
– Весьма глупая, но тебе, как я помню, сначала понравилась. Так о чем новый роман?
Мерсер глубоко вздохнула и окинула взглядом кофейню. Потом улыбнулась и ответила:
– О Тессе, ее жизни на пляже и внучке, ее романе с молодым человеком, все красиво и вымышленно.
– С Портером?
– С кем-то очень на него похожим.
– Мне нравится. А в Нью-Йорке видели?
– Мой агент прочитала первую половину и настроена более чем оптимистично. Думаю, это сработает. Сама не могу поверить, Брюс, но я рада тебя видеть. Теперь, когда первый шок прошел.
– И я рад тебя видеть, Мерсер. Не думал, что это когда-нибудь произойдет.
– А почему происходит сейчас?
– Чтобы расставить точки над «i».
Мерсер сделала глоток и вытерла губы салфеткой.
– Скажи, Брюс, а когда ты начал меня подозревать?»
Брюс взглянул на ее кофе – разновидность латте со слишком большим количеством пены, которую венчало нечто, похожее на жженый сахар.
– Можно? – спросил и потянулся к чашке. Мерсер промолчала, и он сделал глоток. – Как только ты появилась, – признался он. – Тогда я был начеку, следил за каждым новым лицом, и не зря. У тебя имелась отличная легенда, просто идеальная, и я даже допускал, что это может оказаться правдой. Но я и не исключал, что это может быть блестящим планом, который кто-то разработал. Чья это была идея, Мерсер?