— Вы брились, чистили зубы, принимали душ, готовили на городской воде кофе или чай. Вы пили ее дома и пили на работе. Вы когда-нибудь подвергали сомнению качество воды? Думали о том, откуда она берется? Безопасна ли она? Вы хоть на секунду задумались сегодня утром о том, не содержатся ли в вашей воде канцерогены? Видимо, нет. Вот и жители Баумора вели себя точно так же.
Именно в результате употребления такой воды люди стали заболевать. Городок захлестнула волна рака, невиданная в этой стране до сих пор.
И тут, как всегда, честная нью-йоркская корпорация, — Мэри-Грейс повернулась и помахала рукой Джареду Кертину, — стала все отрицать. Стала отрицать сброс отходов и заметание следов, отрицать ложь и даже отрицать то, от чего она уже успела отказаться. И, что самое главное, «Крейн» отвергает всякую связь между канцерогенами и раком. Вместо этого, как мы слышали сегодня, «Крейн кемикл» винит воздух, солнце, окружающую среду и даже арахисовое масло и порезанную кусочками индейку, которыми Дженет Бейкер кормила свою семью.
Присяжным особенно понравилась эта часть процесса, — сказала она притихшей толпе. — «Крейн» сбрасывает тонны токсичных химикалий в нашу почву и воду, но виновато во всем арахисовое масло «Джиф».
Быть может, из-за уважения к женщине, либо из-за нежелания прерывать столь воодушевленное выступление, либо по каким-то другим причинам, ни один из трех судей не перебил ее.
Мэри-Грейс закончила, прочитав краткую лекцию по праву. Закон не возлагал на них бремя доказывания того, что бихлоронилен, найденный в тканях Пита Бейкера, попал туда непосредственно с завода «Крейн». Такие методы повышают стандарты достоверности до предоставления прямых и убедительных доказательств. По закону же перевес доказательств уже является гарантией достоверности, пусть это и более низкий стандарт.
Когда ее время истекло, она заняла место рядом с супругом. Судья поблагодарил юристов, затем суд приступил к рассмотрению следующего дела.
Встреча СЮМ в середине зимы стала весьма печальным событием. Количество прибывших резко возросло по сравнению с предыдущими встречами. Юристы-судебники были взволнованы, глубоко озабочены и даже напуганы. Новый суд уже отменил вердикты их двух первых истцов по делам, которые значились в списке к рассмотрению на этот год. Положит ли это начало какому-то ужасному периоду? Пора ли паниковать или уже слишком поздно?
Юрист из Джорджии еще больше усугубил настроение присутствующих, рассказав о плачевном положении дел в своем штате. Верховный суд Джорджии также состоял из девяти членов, восемь из которых были лояльны по отношению к большому бизнесу и методично отклоняли вердикты в пользу пострадавших или умерших истцов. Двадцать два из последних двадцати пяти вердиктов были отменены. В результате страховые компании больше не желали производить выплаты, да и зачем? Они больше не боялись присяжных, потому что купили Верховный суд. Когда-то большинство дел урегулировалось в досудебном порядке. Для юриста-судебника это означало, что он мог управиться со всеми клиентами, которые к нему обращались. Теперь никто ничего не желал решать до суда, и юристу истца приходилось подавать иск по каждому делу. И даже если он добивался желаемого вердикта, при апелляции его отменяли. Проблема еще и в том, что юристы стали брать меньше дел, и еще меньше пострадавших с вполне законными требованиями могли рассчитывать на реальную компенсацию.
— Двери суда стремительно закрываются перед нами, — констатировал он в конце.
Хотя часы показывали лишь 10.00. многие гости уже принялись искать бар.
Следующий оратор хоть и немного, но все же поднял боевой дух собравшихся. Бывшую судью Шейлу Маккарти представили публике, которая радостно ее поприветствовала. Она поблагодарила юристов-судебников за огромную поддержку и намекнула на то, что не завязала с политикой окончательно. Шейла жестоко раскритиковала тех, кто вступил в заговор с целью обойти ее на выборах и уже в конце выступления обрадовала присутствующих, так что они даже вскочили с мест.
Она объявила, что теперь, поскольку могла практиковать в частном порядке, она расплатилась со всеми долгами и с гордостью вступила в ряды членов «Судебных юристов Миссисипи».