Вне себя от страха, Зола натянула джинсы. Стук в дверь продолжался, и чей-то громкий голос вопил: «Открывайте! Иммиграционная полиция!» Бесшумно прокравшись в гостиную, она в ужасе смотрела на дверь, и ее сердце колотилось, как отбойный молоток. Она уже включила мобильник и собиралась нажать кнопку быстрого набора номера Марка, как будто он смог бы перенестись сюда прямо по воздуху в два часа ночи и спасти ее. Но тут стук прекратился. Голоса тоже стихли, доносилось только шарканье ног. Зола прильнула ухом к двери, прислушиваясь, но в коридоре было тихо. А потом в его дальнем конце раздался смех.
Были ли это и впрямь представители иммиграционной полиции или кто-то просто сыграл с ней дурную шутку? Зола стояла в темноте, стараясь взять себя в руки. Минуты шли, а она боялась пошевелиться, издать хоть малейший шорох. Ничего необычного в том, что иммиграционная полиция могла нагрянуть с вопросами, не было, но не в такой же час, правда? И потом, если приходят представители этого учреждения, они делают свое дело до конца и не уходят только потому, что никто не ответил на стук в дверь.
Кто бы то ни был, на Золу этот эпизод подействовал сокрушительно. Она медленно вернулась в спальню, натянула свитер, надела туфли и выждала еще некоторое время. Убедившись, что в коридоре полная тишина, она отперла дверь, высунула голову, посмотрела направо, налево и, никого не увидев, вышла и заперла за собой дверь. Воспользовавшись запасным ключом от квартиры Горди, она вошла в нее и, не зажигая света, растянулась на его голом матрасе.
Ни о каком сне не было и речи. Зола не могла больше так жить. Если двоим ее друзьям хватило безрассудства сменить личности, то и она воспользуется шансом вместе с ними.
Моргана Нэш снова дала о себе знать:
Дорогой Марк,
мне очень жаль, что с Вашим другом случилось такое несчастье, и я понимаю, как Вы горюете. Тем не менее давайте постараемся уточнить ситуацию с «Несс Скелтон» и начнем думать о схеме выплаты долга.
Примите мои соболезнования.
В воскресенье утром Марк дал ответный залп:
Дорогая миз Нэш,
благодарю за сочувствие. Оно много для меня значит. Похоже, меня уволили из «Несс Скелтон», уволили еще до того, как я начал там по-настоящему работать, что и к лучшему, потому что я все равно не пришелся там ко двору и с презрением относился к людям, которые там работают. Таким образом, я снова безработный, как и все мои однокурсники, и у меня нет никаких эмоциональных сил начинать поиски другой бесперспективной работы. Пожалуйста, не наседайте на меня, хорошо?
С наилучшими пожеланиями,
В понедельник утром Моргана первым делом ответила:
Дорогой Марк,
мне жаль, что Вы так расстроены. Я просто выполняю свою работу, а она требует, чтобы я не прекращала диалога с Вами насчет выплаты долга. В округе Колумбия существует много хороших вакансий, и я уверена, что Вы найдете достойную работу в юридической сфере. Просто держите меня в курсе дела.
Марк ответил:
Дорогая миз Нэш. Никакого «дела», в курсе которого я мог бы Вас держать, нет. Ничего нет. Я хожу к психологу, и он рекомендует мне на время прекратить контакты с Вами.
Простите.
Глава 17
В понедельник они дождались позднего утра, когда все ушли на занятия и здание опустело, после чего переправили коробки с вещами Золы в ее новое жилище на третьем этаже, над баром «Забияка». Если Зола и была разочарована своей новой берлогой, то ничем этого не выдала. Она даже улыбалась, распаковывая одежду и домашнюю утварь, и казалась довольной своим новым схроном. Ведь он был временным. В детстве, в Ньюарке, она живала в куда более стесненных условиях – тогда у нее вообще не имелось никакой возможности уединиться. Марк с Тоддом и представить не могли, как бедствовала в те времена ее семья.
Подрядчик с командой своих усердных и, без сомнения, нелегальных словаков еще трудились над превращением кладовки в ванную комнату, поэтому партнеры отправились на поздний ленч в кафе, находившееся на той же улице. За салатами и чаем со льдом Тодд изложил некоторые основные правила их сотрудничества. Действовать они будут в мире наличных, без каких-либо кредитов. Кредитные карточки оставляют следы. С Мейнардом они условились, что арендную плату будут отрабатывать. Тодд и Марк обязались работать по двадцать пять часов в неделю барменами – без всяких записей. Мейнард согласился, что это покроет аренду, коммунальные услуги, кабельное телевидение и Интернет, а также разрешил им пользоваться своим адресом для получения немногочисленной корреспонденции, которую они ожидали. Похоже, ему понравилась идея иметь трех подающих надежды адвокатов практически у себя дома, и он не видел разницы между юридической консультацией, как они называли свое предприятие, и адвокатской фирмой. Много вопросов Мейнард не задавал. Ирония состояла в том, что истинной причиной их рвения всячески избегать кредитов являлся тот факт, что их совместный кредит уже составлял более шестисот тысяч долларов, но в тот момент им было не до иронии.