АРИЦИА. Да, но он сработал. Это не вы, а я расставил сети на “Платт энд Роклэнд”.
БОГЕН. Зачем же было нас нанимать?
АРИЦИА. Идиотский вопрос.
ВИТРАНО. У тебя плохая память, Бенни. Ты пришел сюда потому, что нуждался в нашей помощи. Это мы оформили твои претензии в иск, потратив на него четыре тысячи часов рабочего времени, это мы нашли, за какие ниточки нужно было потянуть в Вашингтоне. И ты знаешь об этом, могу заметить.
АРИЦИА. Сенатора необходимо выбросить вон. Это даст десять миллионов. Еще десять спишите на накладные расходы, и вам, парни, все равно на двоих останется десять.
По-моему, это вполне справедливый гонорар.
ВИТРАНО (смеется). Великолепно, Бенни! Ты получаешь восемьдесят, мы – десять.
АРИЦИА. Да, а политиков мы пошлем к дьяволу.
БОГЕН. Не выйдет, Бенни. Ты забываешь об одной очень важной детали: если бы не мы и эти политики, ты не увидел бы ни цента.
Сэнди нажал на кнопку “стоп”. Пленка остановилась, но голоса в номере, казалось, звучали еще по меньшей мере минуту. Собравшиеся молчали, пытаясь поточнее запечатлеть в памяти услышанное.
– Это лишь небольшой эпизод, – усмехнулся Сэнди.
– Когда можно будет получить остальное? – спросил Джейнс.
– При хорошем раскладе – через несколько часов.
– Ваш клиент согласится дать показания федеральному большому жюри? – встрепенулся Спролинг.
– Да. Однако он не может обещать выступить в суде.
– Почему?
– А тут и объяснять нечего. Такова его позиция. – Сэнди распахнул дверь и попросил помощника убрать стол и технику, а затем вновь повернулся к гостям:
– Вам, видимо, хочется поговорить. Я выйду. Чувствуйте себя как дома.
– Здесь мы говорить не будем. – Джейнс вскочил. Он отлично знал, особенно после истории с Патриком, что любое помещение не так трудно опутать проводами. – Давайте пройдем в наш номер.
– Решать вам, – сказал Сэнди.
Взяв портфели, мужчины потянулись к двери. Обе Линды кинулись в спальню – покурить.
Сэнди сварил кофе и уселся ждать.
Они собрались в номере двумя этажами ниже. Сброшенные пиджаки полетели на аккуратно застеленные кровати.
Шофера вместе с ассистентом Маста Джейнс попросил подождать в коридоре: предстояло обсуждение слишком важных вопросов.
Больше всех терял от предложенной сделки Морис Маст.
Если обвинения, выдвигаемые федеральными властями, будут сняты, его роль сведется к нулю. Грандиозный процесс лопнет как мыльный пузырь. Опередив всех, Маст посчитал своим долгом высказать свое мнение.
– Мы будем выглядеть полными идиотами, если позволим ему откупиться так дешево, – заявил прокурор, поворачиваясь в сторону Спролинга, тщетно пытавшегося устроиться поудобнее в неуклюжем деревянном кресле.
На служебной лестнице Спролинг стоял ступенькой ниже генерального прокурора, но куда выше самого Маста. Господь с ним, несколько минут можно из вежливости послушать подчиненных, а затем, уединившись с Джейнсом, принять окончательное решение.
Глядя на Т.Д. Пэрриша, Джейнс спросил:
– Вы уверены, что обвинение Лэнигана в умышленном убийстве не провалится?
Человек весьма осторожный, Пэрриш прекрасно понимал, что любое его слово запомнится этой компанией надолго.
– Подобная формулировка может вызвать ряд осложнений. Скорее, это будет убийство по неосторожности.
– Что за него полагается?
– Двадцать лет.
– Сколько он отсидит?
– Около пяти.
Странно, но ответ, казалось, удовлетворил Джейнса человека, всю жизнь привыкшего считать, что преступник должен получить справедливое наказание.
– Ты согласен, Каттер? – спросил он.
– Не хватает фактов, – отозвался агент. – В том, что касается умышленного убийства, мы не в состоянии доказать, кто, как, когда и где стал жертвой. Мы думаем, нам известно почему, но на суде все это превратится в кошмар.
Убийство по неосторожности выглядит намного проще.
– А судья? – повернулся Джейнс к Пэрришу. – Он приговорит Лэнигана к максимальному сроку?
– Если судья будет убежден в факте убийства, думаю, он даст ему двадцать лет. Вопрос досрочного освобождения решается администрацией тюрьмы.
– Можем ли мы со спокойной совестью исходить из того, что следующие пять лет Лэниган проведет за решеткой? – Джейнс огляделся по сторонам.
– Да, безусловно. Но никто не собирается снимать с повестки дня и умышленное убийство. Мы рассчитываем на поддержку нашего аргумента о том, что Лэниган убил человека, чтобы получить возможность украсть деньги. Здесь уже речь будет идти о смертной казни, но даже если его признают виновным просто в убийстве, остаток дней он может провести в тюремной камере.