Брат все-таки объявился у Элли, ни словом не обмолвившись о том, где пропадал и чем намерен заниматься дальше. Да это никого особо и не интересовало. О новой работе он тоже не упомянул, и Рэй пришел к выводу: карьера консультанта Форресту заказана.
С интервалом в пять минут на кафедру поднимался кто-нибудь из присутствовавших и, вытянув вперед правую руку, сообщал Рэю, каким незаурядным, нет, каким великим государственным мужем был его отец. Предполагалось, что старшего сына судьи связывают с каждым выступающим узы многолетней дружбы – еще бы, ведь все они называли его своим другом. Имя младшего не прозвучало ни разу.
Исполненным достоинства жестом Гарри Рекс пригласил Рэя за стол.
– Ваш отец являл собой пример беззаветного служения обществу,– тепло приветствовал его Фарр.
– Благодарю.
Что в таком случае заставило вашу честь заявить в ходе предвыборной кампании о старческой немощи судьи и отсутствии интереса к работе, едва не спросил Рэй. С той поры минуло девять лет – а казалось по крайней мере полвека. Со смертью отца все в округе Форд вдруг стало напоминать Рэю покрытые мхом руины.
– Вы ведь преподаете юриспруденцию?– осведомился Фарр.
– Да, в Виргинском университете.
Председатель одобрительно кивнул.
– Здесь присутствуют все наследники?
– Да, сэр. Ими являются мой брат и я, других нет.
– Вы оба знакомы с документом, в котором выражена последняя воля Ройбена Винсента Этли?
– Да, сэр.
– И у вас нет никаких возражений, отводов или вопросов?
– Нет, сэр.
– Прекрасно. В соответствии с текстом документа я утверждаю вас, Натана Рэя Этли, душеприказчиком и единственным распорядителем имущества, оставленного усопшим. Официальное постановление будет опубликовано в местной печати, а копии его направлены всем кредиторам. Инвентарную опись имущества и финансовую оценку активов вы получите через два дня.
Своими ушами Рэй тысячу раз слышал, как эти же фразы произносил отец.
– Я ничего не упустил, мистер Боннер?– наклонился к секретарю Фарр.
– Нет, ваша честь.
– Примите мои искренние соболезнования, мистер Этли.
– Спасибо, ваша честь.
Обедать братья отправились к Клоду. Оба попросили официантку принести жареного палтуса. В Клэнтоне Рэй провел два дня, и от желания побыстрее вернуться домой у него сводило скулы. Форрест за едой предпочитал молчать. Чувствовал он себя как муха, опалившая в пламени свечи свои крылышки. Отравленная алкоголем и наркотиками кровь текла по жилам крайне неохотно.
Никаких особенных планов у Рэя не было. Здесь он рассчитывал посетить двух-трех приятелей, и все. Дома, в Виргинии, его тоже никто не ждал.
После обеда Форрест откланялся.
– Мне пора в Мемфис.
– В случае чего тебя искать у Элли?
– Может быть.
Сидя на крыльце, Рэй убивал время до прихода Клаудии. Как и было обещано, та появилась ровно в пять. Спустившись к машине, он невольно бросил взгляд на табличку с единственным словом «ПРОДАЕТСЯ», что висела у ворот.
– Ты на самом деле хочешь продать особняк?
– В противном случае его придется просто оставить. Как здоровье, Клаудиа?
– Не жалуюсь, Рэй.
Они заключили друг друга в объятия, умудрившись при этом почти не соприкоснуться. Одета Клаудиа была в хлопчатобумажные брюки, ковбойку и кроссовки, на голове – легкомысленная соломенная шляпка, как если бы ее владелица только что вышла из розария. Помада на губах чуть заметна, глаза и брови безупречно подведены. Рэй не помнил случая, чтобы старая подруга отца хоть раз позволила бы себе малейшую толику небрежности по отношению к собственной внешности.
– Меня так обрадовал твой звонок, Рэй,– сказала старая дама, поднимаясь по ступеням крыльца.
– Сегодня были в суде, утверждали наследство.
– Господи, бедняжки. Намучились?
– Все прошло довольно гладко. Свел знакомство с Майком Фарром.
– Он тебя не разочаровал?
– Довольно обходительный джентльмен, несмотря на его прошлое.
Рэй поддержал гостью под локоть – хотя Клаудии хватило бы сил штурмовать Эверест.
– Помню его еще выпускником колледжа. Наивный мальчик не мог тогда отличить истца от ответчика. Знаешь, будь я рядом, Ройбен обязательно победил бы на выборах.
– Давай-ка устроимся здесь.– Он указал на два кресла-качалки.
– Ты навел порядок!– Клаудиа с изумлением огляделась.
– Скорее уж Гарри Рекс. Нанял плотников, кровельщиков, уборщиц. Мебель чистили, думаю, тем же пескоструйным аппаратом, что и стены, зато теперь тут можно дышать.