– Как вас зовут? - спросила Далила, поднимая микрофон.
– Хэнк Спруил, - прорычал тот. - Ставка такая же, десять к одному?
– Точно такая же, мальчик. А ты не боишься ставить двадцать пять долларов?
– Не боюсь. И все, что я должен сделать, это продержаться на ринге минуту?
– Да, шестьдесят секунд. Знаешь, за пять лет Самсон не проиграл ни одной схватки. Последний раз он был побежден в России, они там смошенничали.
– Плевать мне на Россию, - сказал Хэнк, снимая рубашку. - Еще какие правила?
– Никаких. - Она повернулась к толпе и со всем драматизмом в голосе, на какой только была способна, прокричала: - Леди и джентльмены! Великого Самсона вызвали на бой! Самый страшный бой за все времена! Мистер Хэнк Спруил поставил двадцать пять долларов на эту схватку, а ставка десять к одному! Никогда прежде в истории никто не ставил такую сумму!
Самсон прохаживался по рингу, демонстрируя свои мышцы и потряхивая локонами, он явно с нетерпением предвкушал предстоящую схватку.
– Покажите деньги! - прорычал Хэнк Далиле.
– Вот они, - сказала она в микрофон.
– Нет, я хочу видеть все двести пятьдесят.
– Да они нам не понадобятся, - со смехом ответила она; но в ее смешке проскользнула некоторая нервозность. Она опустила микрофон, и они еще некоторое время спорили и торговались. Из толпы вылезли Бо и Дэйл, и Хэнк поставил их возле маленького столика, где Далила держала деньги. Когда он убедился, что деньги на месте, то влез на ринг, где великий Самсон ждал его, скрестив на груди могучие руки.
– Это не тот, что убил Джерри Сиско? - спросил кто-то позади нас.
– Он самый, - последовал ответ.
– Он почти такой же здоровый, как Самсон.
Хэнк был на несколько дюймов пониже, и грудь у него была не такая мощная, но он вроде бы не видел для себя никакой опасности. Самсон начал пританцовывать вдоль одной стороны ринга, а Хэнк следил за ним, вытянув руки вперед.
– Вы готовы? - прокричала в микрофон Далила, и зрители еще больше сдвинулись вперед. Она ударила в колокол. Оба борца злобно разглядывали друг друга. Хэнк, однако, все еще стоял в своем углу. Время работало на него. Через несколько секунд Самсон, который, как я подозревал, уже понял, что ему придется туго, двинулся вперед, пританцовывая, приседая и вихляясь, как обычно делает настоящий борец. Хэнк стоял совершенно спокойно.
– Давай, давай, малыш, выходи! - заорал Самсон с расстояния в пять футов, но Хэнк оставался в своем углу.
– Сорок пять секунд, - объявила Далила.
Ошибка Самсона заключалась в том, что он решил, что это схватка борцов, а не просто драка. Он попробовал нижний захват в расчете применить один из своих приемов и зажимов и на несколько секунд оставил лицо открытым. Хэнк атаковал молниеносно, как гремучая змея. Его правая рука вылетела вперед и нанесла такой быстрый удар, что его едва можно было успеть заметить, и его кулак угодил Самсону прямо в его мощную челюсть.
Голова Самсона резко дернулась назад, и его прекрасные волосы разлетелись в разные стороны. При ударе раздался такой звук, точно кто-то хлыстом щелкнул. Стэн Мьюзиэл вряд ли смог бы сильнее ударить битой по бейсбольному мячу.
У Самсона закатились глаза. Его огромному телу понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что голова изуродована. Одна нога подломилась и подогнулась в колене. Потом подломилась и вторая, и Величайший в Мире Борец, прибывший прямо из Египта, с грохотом рухнул на спину. Ринг весь содрогнулся, канаты закачались. Самсон лежал как мертвый.
Хэнк расслабленно стоял в углу, положив руки на верхний канат. Он никуда не спешил. Бедная Далила пораженно молчала. Потом попыталась что-то сказать, убедить нас, что это просто часть представления, но на самом деле ей хотелось броситься на ринг и заняться Самсоном. Толпа стояла, пораженная.
Самсон между тем застонал и попытался подняться на ноги. Он встал на четвереньки и так постоял, качаясь, прежде чем смог подтянуть вперед одну ногу. Потом попробовал подняться одним мощным рывком, но ноги его не держали. Он ринулся вперед, к канатам, и сумел ухватиться за них и смягчить падение. Он смотрел прямо на нас, но не мог произнести ни слова, бедняга. Глаза у него были красные и глядели дико, а сам он, казалось, даже не сознавал, где находится. Так он и висел на канатах, дергаясь, пытаясь прийти в себя и заставить ноги подчиняться.
Мистер Слепень Уокер подскочил к рингу и завопил Хэнку: «Убей этого сукина сына! Давай, прикончи его!»
Но Хэнк не шевелился. Вместо этого он просто крикнул: «Время!», но Далила забыла про часы.