— Мы знаем, где его логово, — сообщил Финн.
— Логово?
Дело в том, что крупные монстры не живут во льду. Они плавают в открытой воде, дрейфуют вместе с восходящими токами, поглощая углерод и накапливая энергию для диверсий. Размножаются от случая к случаю. Их вывели для многолетней битвы и даже, как выяснилось, перестарались. Тихая война дала им долгую жизнь.
— Он живет во льду, — пояснил Финн.
— Рядом с фермой, — добавил Фергус.
Монахи темнили. Похоже, старались выдать как можно меньше информации. Не имеет значения, подумала Индира. Нередко у нее было гораздо меньше информации, хотя, конечно, ей еще не приходилось выходить на дракона.
— Да мы сами все сделаем! — сказал Фергус.
— Если, конечно, дадите нам токсины, — добавил Финн.
Нейротоксины — величайшая ценность при охоте на монстров.
Мудрецы-генинженеры, соорудившие чудовищ, подготовили особый сорт яда для каждого их класса. Токсины приобретаются по лицензии оккупационных сил, и только охотникам разрешается их использовать. Подпольные химики пытались выделить эти особые составы, но все яды были смешаны с тысячами аналогичных химикатов. Индира подозревала, что монахи пытались добыть из ее контейнера именно флаконы с токсинами, а когда это не удалось, вынуждены были предложить сотрудничество.
— Я уже нашел и убил одного, — внушительно сказал Финн.
Фергус внезапно заорал:
— Она не должна это знать! Тебя же предупредили!
Финн отвесил ему затрещину — Фергус ударился о стальную стенку шлюза и вскрикнул, глядя на товарища с неподдельной ненавистью. Финн безоблачно улыбался Индире. Зубов у него было не меньше сотни, они сияли белизной, как чистый лед, а голубые глаза излучали психотическое возбуждение.
— Одного убил, — повторил он. — Хотите знать, как?
Индира засмеялась.
— У меня не было всякого такого снаряжения: сетей, глушилок, токсинов. Я боролся с ним голыми руками. Схватка длилась несколько дней. Вода кипела вокруг нас. Он утащил меня на океанское дно — надеялся утопить, но я слишком силен. Тогда он попробовал удрать, но я его удержал, взломал люк на дне, хлынула лава, и я сжег в лаве его когти и зубы.
Финн говорил басом, так же монотонно, как Рссер, придвигая лицо все ближе и ближе к Индире. Зрачки настолько расширены, что не видно радужки, лицо покрыто маслянистым потом, скверно пахнет изо рта: ацетон, бутанол, что-то еще. Наверняка под наркотиком, подумала Индира.
Она сказала как можно спокойнее:
— Хорошая история…
— Но это правда! Вы не верите, но все равно это правда.
— Мы не знаем, сколько их, — сказал Фергус. — Неизвестно, как часто они размножаются. Может, их там сотни. Тысячи!
— Нам никого не надо привлекать, — не сводя глаз с Индиры, сказал Финн. — Я сам могу управиться.
Индира подумала о баках, стоящих в лаборатории. Анализ указал на следы метаболизма и продуктов распада — знак присутствия какого-то животного, но ее «нюхач» не смог определить, какого именно. Возможно, Финн действительно поймал чудовище. Монстра держали в баке, где прежде выводили водоросли, но вряд ли это был дракон. Паук, молодой мако… Но только не дракон — даже новорожденный дракон перевернул бы лабораторию вверх дном. Но почему они не убили чудище? И для чего использовали?..
Фергус разрешил себе коснуться ее колена и проговорил:
— Он немного возбудился. Не беспокойтесь, мы за вами присмотрим. — Похоже, в его живых черных глазах сквозило искреннее сочувствие.
— Хватит разговоров, — отрезал Финн. — Идем.
Но Индира приказала обождать. Она уже проверила свое снаряжение, однако сейчас хотела проделать это еще раз, чтобы предъявить монахам, чем она располагает, показать, как она относится к задаче, чтобы они уняли свое пренебрежение. Стреломет с отравленными стрелками, электрошок, проникающие гранатки, разрывные иглы, осветительные патроны. Сеть из алмазных нитей, сонар, фиксатор движущихся объектов, «нюхач». Монахи пристально наблюдали за ней, не говоря ни слова. У них-то были только обычные подводные ружья и ножи. Сверх того, на перевязи у Финна висела пачка зарядов, применяющихся при строительстве.
— Все в порядке, — наконец сказала Индира. — Пора за дело.
Фергус впустил в шлюз немного воды. Хотя она и была очищена от химических веществ, но все равно гнусно воняла тухлым яйцом — запах сероводорода. Толкая друг друга в тесноте, они промыли маски водой, затем плюнули на стекла, чтобы те не запотевали. Проверили, как прилегают капюшоны, проверили крепление ластов, грузовых поясов и баллонов, надели маски и приладили дыхательные мундштуки.