Церковное Собрание в Сендае.
Предположено было начать в один с половиною часа, но и к двум собралось из сендайских фукёоин двадцати человек всего шесть; к счастию, женщины выручили, — их одиннадцать, да двое слепцов, да двое из других Церквей, — всего и было тридцать три человека со мной включительно. Зато в проповеди послан упрек отсутствующим, что они упали, не соблюли обещания служить Богу, не исполнили своей высшей обязанности, возложенной на себя из любви к Богу и ближним (ибо низшие обязанности: 1) невольные — телу; 2) полувольные — семье и государству), не удержались на высотах, побеждены леностью и прочее. Мы же, собравшиеся, продолжим наше дело. Собрались мы здесь: 1) чтобы видеть нынешнее состояние Церкви, порадоваться, если хорошо, поправить, если худо, поддержать, что нужно. — Мы можем порадоваться. Со времени поставления фукёоин Церковь видимо ожила — катихизаторы хорошо говорят о Церквах, — катихизаторы сами оживлены; видимым знаком оживления Церкви может быть указано, что крещений было со времени последнего собрания сто сорок восемь; 2) мы должны поддержать честь столь полезного учреждения фукёоин, неслужащих выключить, новых избрать. Только теперь это сделать или после — это Собрание пусть решит;
2–я тетрадь
3) пересмотреть размещение катихизаторов, быть может, теперь, когда полевые работы стали мешать слушать проповеди в деревнях, из сих мест полезно снять на это время проповедников и поставить в другие места, где ничто не мешает проповеди; 4) пересмотреть правила; где катихизаторам поручено семь–восемь Церквей, там они могут оставаться в Церкви только на два–три дня, но это только для поддержания старых христиан; где же являются новые слушатели, там ропщут на это Хивари и просят, по крайней мере, дней по десять оставаться; так не нужно ли прибавлять исключения к некоторым общим правилам?
Итак, из рассказов священников о катихизаторах пусть Собрание узнает состояние Церкви и рассмотрит, рассудит, решит, что нужно.
Оо. Сасагава и Мидзуяма говорили так, что ободрили: состояние Церкви довольно оживлено. Ныне о. Мидзуяма говорит, особенно усердие христиан Набури хвалит. Насчет хивари советует исправить правило, чтобы позволить катихихаторам, где нужно, останавливаться надолго. Говорит еще, что кое–где решительно невозможно возбудить женщин составить общество, а инде две–три женщины, собравшись, перессорились.
Из катихизаторов Василий Хориу ничего не имеет сказать Собранию. Филипп Судзуки ныне говорит: здесь, в Сендае, христиане старые, учение знают хорошо, вера тверда, но в живости уступают новым христианам, наружно — слабы кажутся; недеятельны. Еще: язычники смотрят на внешнее; в Сендае спросят: «Где Православная Церковь?» Не знают, ибо такой незаметный, бедный храм, — Итак, здешним сендайским христианам нужно единство и одушевление, также нужен настоящий храм. Иоанн Кобаяси — тоже. Савва Ямазаки о Наканиеде говорит: катихизатору там нужно долго оставаться (три–четыре года), чтобы была польза; хвалит фукёонинов; просит изменить хивари катихизаторов.
Варнава Имамура теперь говорит, но то же, что вчера мне объяснял (смотри выше). В Ямагата и Каминояма желают Василия Хориу. Что же, о. Петр Сасагава может переменить его в Ямагата, если в Сендае не нужен, ибо оба места о. Петру подведомы, за Тоокейский же Собор нельзя поручиться, назначит ли он Василия Хориу туда.
Павел Кавагуци нападает на старые Церкви, ибо учение знают, но не исполняют; гордятся, что знают учение лучше молодых катихизаторов и пренебрегают сими. Старые христиане, не исполняя заповедей, язычников соблазняют, те говорят: и христиане также плохие по поведению, чрез что хулится Христос. Фукёоин’ы многие не служат, не стоят сего имени, их нужно лишить сего звания. («Сикару–ни» слово очень уж часто и некстати вплетает в речь — вообще, довольно плохо плетет, — я лучшего ждал). Жалуется, что одинокий катихизатор скучает, просит сделать, чтобы катихизаторы часто видались, но и катихизаторы, по два–три стоящие вместе, ослабевают. Лучше для оживления катихизаторов посылать их на время в другие места для проповеди.
В Вакуя фудзин–квай положил каждое утро женщине опускать в ящик один ри, в месяц три сен. (Велико! Только утомляет; где же выдержать такое беспокойство долго!) Бонзы по деревне очень хулят христианство, и потому заброшенные по деревням христиане страдают и впадают в уныние, просят катихизаторов чаще посещать и отражать нападки бонз. Кавагуци говорит это по поводу Оота и Нигоо, где бонзы злословят.
Илья Накагава говорит об Исиномаки, что там слушателей мало, двух катихизаторов там не нужно, ибо в Минато наполовину заняты земледелием. В Иеногава теперь нооге — не нужно катихизатора, в Набури с седьмого месяца — нужно. Вообще в тех местах (Мабуци и прочих) полевые работы ныне мешают.