В двадцатом столетии Япония должна сделаться Православною Христианскою Страною. Священное Писание будет дано ей. Как понимать Священное Писание — безошибочно должно быть дано ей; как устроять христианскую жизнь своих сынов и дщерей тоже должно быть дано. Господь да устроит сие!
Слава Господу за все бывшее! Благослови, Господи, все грядущее!
XX век
1901–й год
1/14 января 1901. Понедельник.
Серенький день с накрапывающим дождем встретил новое столетие.
В Церкви, несмотря на большой праздник Обрезания Господня и Памяти Святого Василия Великого, из города почти никого не было. — После службы — обычные поздравления с Новым Годом от священнослуживших и приглашение всех на чай. С поздравлением пришли также Павел Накаи, Алексей Оогое и Яков Судзуки и принесли первую корректуру начатого отпечатания Нового Завета, нашего с Накаем перевода. Корректура порадовала: китайские знаки и японская катакана — ясные; новоотлитые по нашему заказу двойные буквы отлично вышли. Оогое и Судзуки будут держать все корректуры до последней, когда они найдут, что уже нет ни одной ошибки, то будут приносить нам с Накаи’ем; после нашей корректуры будет окончательно отпечатываться.
С двух часов поздравления русских: полковника Ванновского, посланника Александра Петровича Извольского с супругой и прочие; также японцев: молодого графа Соесима, Марии Кису, принесшей в подарок кусок шелковой белой материи, который я, сказал ей, употреблю на подрясник.
Между означенными поздравлениями приходили письма: от о. архимандрита Иннокентия, из Шанхая, — странное: обиделся, что из Петербурга спросили, нужна ли Миссия в Китае? — Да не его, а посланника, почему он бросил Тяньцзин и ушел в Шанхай; от Сергия Александровича Рачинского, из России, что он 200 рублей моей пенсии определил на Жиглицкую школу в Егорьевском приходе; от матери Аполлонии, настоятельницы Пятигорского Богородицкого монастыря, — описание монастыря и разных невзгод.
В восемь часов вечера был христианин из Токонабе. Два дома там только, и есть христианские; но очень усердные. Сей — Иоанн — вынул 5 ен и просил икону Спасителя для своего дома (икону Богоматери получил после крещения); оная будет послана ему в киоте. Просил еще икону Благовещения для молитвенной комнаты — «Церковь–де наша названа Благовещенской»; будет послана и она.
2/15 января 1901. Вторник.
В школах начались обычные занятия. Мы с Накаем сели за исправление перевода Псалтири, с 34 псалма. Вечером читали и корректуру Нового Завета, но не так, как ожидали; на двенадцати листах нашли одиннадцать ошибок; значит, завтра нужно будет сделать выговор Якову Судзуки, что плохо корректирует.
После обеда перечитал много церковных писем. — Тит Накасима из Ициносеки пишет, что Церковь Иван ныне совсем мирна; избраны восемь старшин и утверждены о. Борисом; в числе их тамошнего мутителя Сато не видно. — Роману Фукуи из Оцу пишет, что в Рождественское собрание христиане Василий Ендо и Иоанн Саймару, сын Андрея, произвели скандал: поносили его, Романа, словами «бакаяро» и подобными за то, что на погребение Иова Гундзи дано было от христиан в Оцу 3 1/2 ены, а прежде того на погребение одного христианина ничего не дано. — Матфей Юкава из Накацу пишет, что на празднике у него было, кроме своих христиан, четверо католиков, по–видимому, желающих уйти из католичества, по примеру бывшего своего катихизатора, ныне православного христианина. — Илья Сато из Акита извещает, что в Рождественское молитвенное собрание у него было восемнадцать христиан; для Акита и это очень хорошо. — Прочие письма еще того малосодержательнее: или просительные — прислать книг, как из двух тюрем, или просто поздравительные.