Пруд был излюбленным местом большенства жителей дома, и обычно днем здесь яблоку не где было упасть. Но сейчас, тут было тихо и пустынно. И только редкие, разбросанные вдоль поляны фонари, освещали окресности.
Выйдя на песок, я долго не раздумывая, сбросил изгвазданные вещи и с разбегу бросился в теплую, как парное молоко воду. Здесь было мелко, так что мне пришлось тплыть почти к середине, да бы не барахтаться на мелководье подобно девчонкам, неумеющим плавать. обернувшись, я позвал Шерри, которая в нерешительности замерла у воды, глядя как я смело поплыл по направлению к скалам:
- Ты чего Шер! Давай, ко мне! Водичка просто супер!
- А я купальник не взяла! Крикнула она мне в ответ.
- Ничего я отвернусь, давай! И честно отвернувшись, я лег на спинку блаженствуя в любимой стихие, раскинув руки, и глядя в небо, где сквозь зелень силового поля, просвечивали странные, совершенно незнакомые созвездия.
Шерри подплыла ко мне, по собачьи загребая руками, и смешно отфыркиваясь спросила:
-- А ты давно плавать научился? Я вот только здесь впервые в воду залезла! И то не по своей воле! девчонки наши меня затащили! Ох и брыкалась я тогда помню! Рассмеялась она, бултыхая ногами как пятилетняя малышка.
- Давно! Лет с восьми! Ответил я. - У нас там река была, да и в басейн ходил! И перевернувшись, предложил:
- Ай да на тот берег!?
- Давай! только не спеши, ладно! А то я устану быстро!
И мы поплыли неспешно загребая руками, к видневшимся на том берегу фонарям.
Шерри плыла рядом, и сквозь прозрачную воду, я видел что на ней нет лифчика, и черные трусики, явно не предназначенные для купания, сползли слишком низко. И волосы ее, красивой волной шевелятся в воде, подобно русалочьим. От этого зрелища, я второй раз за вечер, с трудом удержал желание прикоснуться к этой милой девчонке. И что бы слегка охладить свои мозги, нырнул под воду, проплыв добрых десять метров, с открытыми глазами, видя, над собой, фигурку Шерри, плавно переберающую руками и ногами, на фоне отблескивающей поверхности.
Вынырнув я обнаружил, что мы уже приплыли. Прямо предо мной начиная наверное от самого дна, , вверх поднимались каменные ступени, коснувшись которых я ощутил тепло. За день, они здорово нагрелись, так что теперь выбравшись из воды, на них, было приятно посидеть. Однако Шерри, в нерешительности, остановившись у начала лестницы, попросила: Ал, Отвернись пожалуйста? И выбравшись из воды, уселась, рядом, только на ступень выше.
Отсюда, парк был хорошо виден, и постепенно повышающая ся к дому, територия освещенная миллионами разноцветных огней, была как на ладони. Этот ночной мир, жил своей, особенной, беспечной жизнью. Полный различных запахов, огромного количества, всевозможных цветов, заполненный разнообразными звуками, доносившимися со всех сторон. От куда-то слышалось, громкое-хоровое пение, где-то звучала визгливая брань, а совсем неподалеку, в кустах, слышались ахи и охи, какой-то влюбленной парочки.
И весь этот, пустыный берег, и уходящий в даль парк, с его аллеями, площадями, высоченными деревьями , с его зелеными полянами, и бесконечным разнообразием фантастических растений, вкуснейших, невиданных мною никогда раньше фруктов , и огромных цветов, казался мне таким нереальным, таким ненастоящим, кукольным что ли, от чего я испытывал странное ощущение полета, буд-то в далеком детстве. Под ногами, простиралась водная гладь, отражающая бесконечные нити, разноцветных гирлянд, и от этого слабо фосфорисцирующая, голубоватым,каким-то призрачным, чуть подернутым рябью светом.
- Красота! Вздохнула тихо Шерри. Я никогда не предполагала что окажусь на этой стороне, да еще и ночью! Отсюда такой прекрасный вид! Никогда бы ниподумала!
- Да уж! Подтвердил я. - Здесь вообще повсюду одна красота! И только мы, как всегда, должны все испоганить! Что же это твориться с нами? Ведь не звери же? Люди! А ведем себя хуже дикарей! У тех и то, наверное какая-то хуламамба, с вырезанием кишок, предусмотренна на такой случай, их вождями! А здесь, круши! Ломай! Ни чего тебе не будет!Бедные киберы, с ног сбиваются! порядок наводят, а эти свиньи опять крушат, и крушат! И конца этому не видно!