Мы долго сидели вот так, молча, вслушиваясь в живущий своей ночной жизьню парк. А когда мне показалось что пауза, как-то слишком затянулась, Ширри тихо спросила:
- Ал, а как ее звали, твою девушку ?
Вопрос этот, застал меня врасплох, и поэтому чуть помедлив, я ответил:
- Ее звали Катя! Мы собирались пожениться!
- Я знаю! Она была хорошая! И еще все у нас знают, что ты спас ее!
- Да! Протянул я. - Это неприятная история! Мне нехочется об этом вспоминать!
Я знал, что последние приблизительно пол часа жизьни каждого обитателя дома, был отсканирован, и без уведомления владельца, помещался в обще доступную сеть, Так что когда я плутая там, в поисках новой информации набрел на этот видеоролик, то поначалу принял его за некое-совпадение, но заглянув в собпроводительный файл, убедился, что этот короткий фильм, ни что иное, как последние минуты моей жизни там, на земле.
Незнаю сколько раз я прокрутил этот ролик, глядя как Рыжый, Каналья, мой однокласничек, и друг по детским играм, стреляет в мою Катьку, а затем прыжок. Три яркие вспышки. И все.
Шерри почувствовав, перемену моего настроения, взяла мою руку, в свои прохладные ладошки, и сказала:
- Алекс! Ты самый лучший на свете! Жаль это здесь невозможно, но я хотела бы родить тебе сына и дочь! Прости пожалуйста, за неуместную лирику! Я понимаю, тебе сейчас очень трудно, но сердце мое, не дает мне покоя! Я всячески пыталась, бороться с этим, но от себя не убежиш! Поэтому, прошу, позволь мне быть рядом, пока это возможно!?
- О чем ты, Шер? Я по настоящему счастлив когда ты рядом со мной! И пока я жив, хочу что бы так было всегда! Просто мне сейчас действительно сложно думать о будующем! Слишком все туманно здесь, и неопределенно! Но мы рядом, и так будет пока ты этого хочеш!
А затем, приподняв замершую от неожиданности девчонку, посадил ее к себе на колени. И нежно обняв, поцеловал.
А через три дня, я вышел в первый свой патруль. Следуя заведенному протоколу, я заявился ровно в восемь утра, в диспетчерскую, где Серж, всегда, меланхолично безразличный, распределял участки, на всех, собравшихся здесь с утра, зевающих, и вяло перебрасывающихся, стандартными шуточками патрульных. Когда настал мой черед, Серж, глядя куда-то сквозь меня, странными, рыбьими глазами, уведомил, Что первый помошник Алекс Некий, прикрепляется в качестве стажора, к свободному патрульному Роману Ешкову. И что моя зона ответственности, останется незменной, до окончания практики.
И вот, вполне обычным, ни чем ни примечательным утром, мы с Романом, спустившись вниз, приступили к патрулированию.
Вся территория дома, включая все внутренние помещения, как огромный пирог, была разделена, на шесть равных частей. Это и были те самые, зоны ответственности. А если на этот пирог наложить обычное, схематичное изображение мишени, с обычными, концентрическими кругами разного цвета, с десяточкой в виде шестигранной пирамиды в центре, можно легко и просто понять деление на отделы. И хотя, вместо десяти, там на схеме, висящей в кабинете у Сержа, было всего семь кругов, все же аналогии с расстрельным пирогом были точны.
Седьмой отдел, в котором мне предстояло нести службу, был одним из самых больших и многочисленных в доме. И поскольку, в его зону ответственности, входили самые глухие закаулки, и самые сложные в плане безопасности участки, в этот отдел, набирали только так называемых, свободных патрульных. Отличие свободного патрульного, от несвободного, заключалось в том, что первый, имел право сам разрабатывать свой маршрут, а так же в любой ситуации, мог перемещатся между зонами, объеденяясь с другими такими же свободными патрульными, дабы усилить так называемую единицу. Еденица, или обойма, состояла из одного, двух, и даже из десяти патрульных, которые вынужденны были в особых случаях, объеденяться в такие большие группы, поскольку ситуации здесь порой были довольно сложные, и справиться одному, или даже в двоем бывало очень трудно.
Так например, произошло и при моем появлении здесь в доме. Меня охраняла тогда, именно такая, экстренно сформированная диспетчером, обойма.
И вот, теперь мы с Романом, дежурной единицой, или проще, парным патрулем, направились вдоль тенистых аллей, строгим взглядом осматривая свои владения, в поисках нарушителей порядка.
Седьмое, самое длинное кольцо, нашего отдела, было одной из самых проблемных территорий, здесь в доме. В этом месте, в плотную примыкавшем к стене купола, порой, происходили такие вещи, что даже ко всему привыкшие патрульные, рассказывали о них, только друг другу на ухо и шопотом.