Надев свой новый комбез, и ставший похожим в нем на одного из буйволов Леона, вывалявшегося в пыли, и от того, не черного, а серого, и зашнуровав, тяжелые, вечные ботинки, которые тоже пришлись мне в пору, я свежий, и довольный жизнью, вышел в большой холл, который разделял душевые и биллиардную. И услышав, стук шаров, живо напомнивший мне, старый наш ДК, где день и ночь, прямо в фое, крутились вокруг больших столов, темные личности со странными палками. И наш подвальчик, где на таком же столе, лешкины дружбаны распивали, паленую водяру.
Я решил глянуть, что за ... происходит на подведомственной мне территории. Войдя в зал, в котором толпилось с десяток местных блатных, чего то в пол голоса, переругивающихся, лениво тыкающих киями, в шары на двух, совершенно таких же, как и в той, моей жизни столах, я замер на пороге. Нет! Это место явно не для меня! Поглядев на эти сытые рожи, толстые, и от куда-только взявшиеся, животы, и встретившись взглядом с одним из них, наглым, голопузым, дядькой, который, с трудом фокусировл зрение, будучи несомненно под кайфом, я просто развернувшись, вышел.
Здесь мне искать нечего. Да уж! Местный бомонд,не впечатлял!
И подойдя к своей двери, с намерением, завалиться минут так на шестьсот, я обнаружил стоявшую скромно так, под стеночкой, Валю Синицыну.
- Оба! Синеглазая! А ты что здесь делаеш? Воскликнул я Афонинским тенорком.
девчонка, слегка робея, отделившись от стены, на подгибающихся ногах, медленно приблизилась, к большому начальству. Да! В который раз подумал я.Тутошний климат, на пользу внешнему виду не идет! И хотя, эта девчонка, казалась не такой пыльной, как те что я видел в нижнем секторе, но слегка сероватый оттенок кожи, и чрезмерная худоба, говорили о печальной жизни, этой босой арестантки, как ее здесь звали.
- Ну! Чего глазками хлопаем? Ты по делу, или так просто зашла?
Однако, Валя, все так же смущенно и нерешительно, топталась в метре от меня, перебирая в руках, какую-то тряпку.
- Ну .. ! Не выдержал я. - Что случилось?
И видно понявшая, что если она продолжит мяться, я просто возьму и уйду, девчонка тихо проговорила, глядя в пол:
- Я попросить! Мы тут ... Мы тут с девчонками решили, что ты свой! И поймеш нас! и ... !
- Я слушаю Валя! Не тяни кота .. ! Я устал и смертельно хочу спать! Давай выкладывай, чего у тебя там!
- Так мы это... ! Попросить хотели! Если можно конечно! Мы ведь, тут давно! кто и с пару сотен лет, уже света белого не видел! И наши девки, как узнали, что новый зам, из России, так чуть не обписались на радостях! И они, очень просят, и я .. тоже прошу! Мы отработаем ... ! Ты будь уверен! У нас настоящие нимфы даже есть! И я тоже, если захочеш, прийду! Ну ... в общем, мы хотели попросить немножко фруктов!? И замерев в ожидании, она взглянула на менясвоими синими глазищами, с такой мольбой, что я как-то сразу вдруг вскипел. Да что же это твориться, на долбанном этом уровне?! Что за мешок яблок, обычные девчонки, готовы платить натурой?!
И видно все это так отразилось на моем лице, что несчастная Босая, отшатнулась, словно ожидая удара, и хотела было уже бежать, как один из моих мордоворотов, ухватив ее за пояс, прогундел:
- Куда? С тобой шеф разговаривает! Он тебя отпускал? Нет! Так вот, стой и слушай, пока башку тебе не оторвали!
И открыв было рот, что бы сказать пару ласковых, посмевшему лапать, говорившую со мной девчонку, Каркасу, я запнувшись, понял что этот парень просто выполняет свои обязанности, и читать ему сейчас морали, было бы верхом тупости. Так что я просто отворив дверь, и взяв бледную как мел, Вальку за руку, втащил ее в свой модуль.
Она, бедняжка даже не сопротивлялась. и когда я усадив ее на кровать, и повернув пласмассовый стул сел на него верхом, уперевшись локтями в спинку, глянул ей в глаза, на душе моей стало еще тяжелей. В этих синих, когда то видно, прекрасных, а сейчас, сильно поблекших глазах, я прочитал такую мольбу, и готовность, что не выдержав сказал:
- Послушай! Я не знаю, какие у вас тут до этого были правила, и меня не интересует, чем вы тут все расплачиваетесь, я хочу что бы ты передала своим подругам, просто так все это... И я указал рукой на мешки у стены. Сюда не приносят! Все это для того что бы здесь сохранялся, хотя бы относительный порядок! И если я перестану отдавать это местным боссам, здесь начнется форменный беспредел! Ты понимаеш?
- Понимаю! Кивнула Валька. - И эти гады все сжырают! Сами! Да еще сосвоими шалавами! А мы ведь, почитай по сто лет всего лишены! И все ведь только хуже становится!