Почему? Спросил я, заинтересованно.
- Так, нас тут с каждым разом все больше! А патрульных, как было три, четыре, так и есть! Ну и чего, они бедные притащут, на такую то ораву? Здесь хотя б раз в пол года, самое захудалое яблочко сьесть, так и этого нет!
Да! Я честно сказать призадумался. И девчонок жалко! Но и бардак в секторе мне тоже не простят! А впрочем, что если ..
И я внимательно глядя в доверчиво распахнутые глаза Вальки Синицыной, пожизненно заключенной, кстати, интересно знать, за какое, такое правонарушение,, этого, неподзаконного уровня, сказал:
- Валь! Я тут человек новый! И как сегодня стал замом Кочана, так завтра и слететь могу! Но если вы пообещаете мне, что все это останеться между нами, я уговорю ребят, что бы они приносили чуть больше! Но учти! Если я узнаю, что вы там как-то не правильно распоряжаетесь всем, просто прикрою лавочку! Без возможности реабилитироваться!
Валька подлетев, обняла меня и чмокнув в щеку, тут же отскочила, испугавшись , как посмела прыгать на такое начальство. Но я улыбнувшись, сказал:
- Ты как девчонка малая! перестань егозить! сядь и дослушай!
И обсудив, с притихшей разом девушкой, все нюансы этого, непростого дела, и убедившись, что она все правильно поняла, развязав мешки, достал из каждого всего по немногу. Глаза у Вальки горели, и раскрасневшаяся девчонка, вновь опустив глаза, принялась, косноязычно, видно сразу, не имея в этом деле опыт, предлагать оплату натурой, после чего я так глянул на нее, что она просто, крепко обняв меня и еще раз чмокнув в щеку, собралась восвояси.
Позвав Тему, Русского парня, белобрысого, и светлоглазого, я приказал ему помочь донести получившийся узел, в комнаты к девчонкам, последний раз заглянув Босой в глаза сказал:
- Ты заходи если чего! Просто так заходи! О себе расскажеш! А то все дела, дела, а о себе и поговорить некогда!
И увидев, озорную искорку, мелькнувшую в синей глубине, подумал, что скорее всего я опять не правильно понят.
Глядя удаляющейся парочке, здоровенному громиле, с мешком в руке, и тоненькой девчонке, шагающей, по грязному, немытому видно, со дня основания коридору, как настоящий победитель, я представил, Сколько же тут еще таких же Валь, Оль и Тань, по глупости, или невединию, угодивших в этот гадюшник, существуют, вот так, без смысла и надежды, просто, потому что смерть это еще страшнее.
29.
Этой ночью, не смотря на зверскую усталость, и отвратительное настроение, я снова долго не спал. В голове вертелись разные воспоминания, и отрывки из той, прошлой жизни. перед глазами мелькали картинки, образы, лица, а на душе скребли сто тысяч кошек.
Сегодня, Олег сообщил мне хорошую новость, мед капсулы наших ребят, выдали положительный результат по всем тестам, и через пару дней их можно будет увидеть, живыми и здоровыми. Я был конечно очень рад такому известию, но все же понимал, мне уже никогда не работать с ними, не сидеть за одним столом, и не делить радости и печеали, в дружеской беседе с Романом, Лукьяном, Климом и остальными. Кто я теперь для них, арестант Алекс, бывший патрульный, бывший сборщик, и вообще, бывшый.
Как оказалось, здесь в доме, и добро порой выливается, вот в такое, беспросветное, бессмысленное прозябание, без какого либо будущего, без какой либо надежды. Да. Что сказать. Даже Приторий, со всем своим авторитетом, не смог ни чего сделать. Эти упыри в совете, словно сговорились, хотя, дом его знает, может и действительно, ради такого случая, заключили между собой взаимовыгодную сделку, Леон мастер на такие штуки. Короче говоря, так, или иначе, но весь совет, единогласно, приговорил Алекса некоево, к пожизненной ссылке на седьмой, неподзаконный уровень. И по словам, главы всех законников, Черного Али, я еще легко отделался, и сотвори я с его подчиненными, то что сделал с войнами досточтимого Леона, он бы, обязательно добился бы для меня высшей меры наказания.
Незнаю, как сильно обиделся на меня верховный Леон, только на этот раз, он почти не глядел в мою сторону, и в отличии от прошлого суда, я поймал на себе лиш несколько, страных, заинтересованных взглядов, а под конец, этот всегда такой радикально настроенный член совета, вместо распыления, сам предложил отправить меня на седьмой. Я примерно догадывался с чем это было связанно, поэтому, просто обрадовлся тому что бедного Алекса, не распылят, а всего лиш, отправят в местную тюрьму.
По словам наших девчонок, которые рассказывали мне все это с квадратными глазами, в ту ночь, а точннее уже утро, я завалил не меньше тридцати черных. Я правда сам ни чего такого не помню, но когда я наконец очнулся, на следущий день, меня посетила, кстати, в моем, первом, шикарном модуле, целая делегация во главе с Приторием. Здесь было много незнакомых ребят, в серебристой униформе, и каждый из них, подходя, представившись, крепко пожимал мне руку. Я читал в их глазах, настоящее уважение, и некий страх, словно перед какой-то неведомой, и опасной тварью.