И вот когда мы ступили, на огромную, опоясывающую, здоровенный, серебристый купол, кольцеобразную терассу, я прямо скажем опешил.
Здесь было так красиво, и уютно, что мне показалось, весь наш, нижний парк, является жалким подобием, неудачной копией, этого прекрасного мирка.
Каждый квадратный метр, этой терассы, которая была шириной примерно, метров в семьдесят, был настоящим произведением искуства. Сразу было видно, что здесь работали самые талантливые художники, и самые одаренные дизайнеры. Я право скажем, никогда, ни в той, ни в этой своей жизни, не видел такой красоты.
Здесь было настоящее царство всевозможных, невиданных растений, и великолепных, удивительных цветов. Кругом, среди белых дорожек, виднелись плетеные из зеленых лиан беседки, укрытые в тени раскидистых ветвей резные лавочки, маленькие фонтанчики, с кристально чистой водой, гигантские, разноцветные клумбы, и залитые солнцем лужайки. Я успел рассмотреть тогда совсем не много, но уже одно это, внушало мне такую радость, и предавала моим мыслям такой позитив, что как-то сразу, забылись все прошлые невзгоды, весь тот грязный, наполненный предательством и ложью мир, где из-за какой-то нелепой, ужасной ошибки, создателей этого райского уголка, нам пришлось так долго мучаться.
И хотя, я естественно, совершенно не знал здешних обитателей, все же сердце мне подсказывало, это другой мир, и здесь живут совсем другие люди. Я почему-то был совершенно уверен, что здесь не бывает пьяных оргий, безобразных драк, и грязной ругани. Здесь не бывает сор, распрей, и вечной погони за кайфом. И еще где-то здесь, ждут меня, мои самые близкие и родные, самые дорогие и милые девочки на свете.
Мы все пришедшие с приторием, как стали на белые плиты этого райского сада, так и замерли, в попытке преодолеть шок. Ребята и девушки, восхищенно оглядывались посторонам, не в силах вымолвить не слова. Я почувствовал, как стоящая позади Сьюзи, прижавшись к моей спине, восторженно шепчет что-то себе под нос, на своем английском.
- Вот это да-а! Вырвалось наконец у кого то. - Ни себе чего! Красота то кака, однако! Лепота!
- Просто рай какой-то!потдержал его другой голос.
- Я думал у нас там красиво! Но это ...!
Вообще слов нет!
Не знаю сколько мы так простояли, разглядывая местные чудеса, но вот Приторий, видно не первый раз уже наблюдавший подобное оцепенение, спокойно оглядев нашу тесно сбитую компашку, сказал:
- Ну что! Поздравляю вас! Вы стали членами закрытого общества освобожденных!Я думаю, вам здесь очень понравиться! А теперь я предлагаю познакомиться с местными обитателями!
Мы постепенно приходили в себя, и вот, где-то в далеке, стали слышны чьи-то голоса, музыка и смех. Там что-то происходило, и Приторий, взмахом приглашая следовать за собой, направился на этот шум.
Мы шагали, по белым плитам акуратных дорожек, вертя головами на сто восемьдесят градусов. Вокруг, радовали глаз, великолепные, живые композиции, из каких-то растений и цветов. Большие и маленькие, серебрянные фонтанчики, плавно, словно танцуя, перебирали прозрачными лапками струями. С деревьев, тут и там, свисали великолепные, невиданные ранее мной плоды. Сьюзи, как биолог, неудержавшись, сорвала один такой, не то кокос, не то гранат, и разглядывая его внимательно, что-то восхищенно бормотала про себя. где-то на середине пути, мы встретили одинокую девушку в красивом, ярко красном платьице, которая при виде нашей компании, шедшей ей на встречу, вдруг развернувшись, припустила куда-то назад.
А когда густая растительность, наконец раступилась, нашему взору придстала, огромная, открытая со всех сторон, площадь, уставленная столами и стульями, как на летней терассе, какого-то приморского кафе. За столиками сидели, нарядно одетые юноши и девушки, и глядели на большую сцену, установленную на краю этой площади. оттуда звучала загадочная,красивая , то медленная ,словно засыпающая, то неожиданно ускоряющаяся мелодия. И приглядевшись, я увидел, на этом возвышении, нескольких ребят и девушек, которые, исполняли какой-то сложный, и необычный танец. Движения их были то плавными и летящими, то стремительными и резкими, так буд-то беспрекословно подчинялись, управляющей всем этим действом, странной, завораживающей композиции. Я честно сказать, никогда не видел ни чего подобного, поэтому, застыл, не в силах сдвинуться с места. Шедшие с нами тоже остановились, завороженно глядя на это великолепное действо,. Казалось, весь мир вокруг, сейчас замер, в ожидании чуда. Вокруг разливалось какое-то тревожное ощущение чего то грандиозного, страшного и неотвратимого. Все зрители за столиками, тоже были увлечены, тем что происходило сейчас на сцене, поэтому, совершенно не замечали нас. Но вот, раздался последний акорд, и на высокой ноте, где-то седьмой октавы, мелодия закончилась, и живущие, такой великолепной, удивительной жизнью танцоры, словно отключенные от некоего энергетического источника, распластавшись на белом помосте, замерли. Первые секунды ни чего не происходило, а затем, присутствующие зааплодировали, громко выкрикивая что-то. Видно было, что их по настоящему захватило это удивительное искуство, этот восхитительный язык тела.