как-то после очередной нашей посиделки за ужином, где мы снова и снова, высказывали различные предположения, и гипотезы, когда Сьюзи, моя умница, подметила , что вначале того самого фильма, звездное небо, на картинках, было явно как с земли, со всеми известными звездами и созвездиями, а уже после того, как над домом, повисает какая-то странная луна, небо там совершенно чужое, то-есть для нас, здесь уже давно привычное и отлично знакомое, но все же чужое. С совершенно не читаемыми созвездиями, и какой-то яркой красноватой звездочкой, которая всегда появляется на закате, и долго висит у горизонта, напоминая наш старичек Марс. После чего разгорелся самый нстоящий спор, между сторонниками, переселения, и противниками этой теории, считавшими данный купол, временным местопребыванием, после чего, все должны будут вернуться на землю матушку, да бы там продолжить жизнь. И хотя действительно, в конце этого видео, на экране появлялся, великолепный, серо голубой шар, очень напоминающий землю, все же я почему-то сомневался, она ли это. Поскольку, все предыдущие как раз, говорило об обратном. Уж чего чего, а этот фильм я просмотрел не один раз, и хорошо запомнил, вид этой планеты. Там явно были, совсем другие очертания материков, и еще, океанов, на ней казалось было меньше. Тем кто видел ее однажды, возможно и могло показаться, но я успел, за то время на седьмом, множество раз, останавливая изображение, присмотреться к проглядывающим сквозь облака горным цепям, и руслам рек, которые ну совершенно не походили на отлично знакомые по школьным урокам географии, очертания.
Поэтому, решив высказать свое авторитетное мнение, я встряв в разгоревшиеся дебаты, рассказал о своих сомнениях, после чего, сторонники возвращения, примолкли, но я видел,многие из них, просто не поверили мне. Ох уж этот вечный скепсис! Пока сам не увижу! Пока руками не пощупаю!
Скольких таких, мы видели там, внизу. Сколько, принимались требовать, сию минуту, доказательств, не желая слышать, ни чьего свидетельства. И как, даже побывав на седьмом, и увидев, уже своими глазами, все о чем мы говорили, до конца не желали верить. принимаясь переворачивать увиденное с ног наголову. И порой, откровенно называя меня, жалким фокусником, а все увидинное, обычной потделкой. Я бывало встречал таких упрямцев, что иногда сам начинал сомневаться, а не слишком ли я легковерен, однако, каким бы заразным, ни был этот скепсис, очень многие, принимали, увиденное, как руководство к действию, и теперь благодаря этому, оказались здесь, куда их привел, очень изберательный и весьма осторожный шеф патруля.
Так вот, когда мы утомленные разговорами, проводили наконец шумных гостей, и прибравшись на кухне, уселись в четвером в гостинной, Шерри, присевшая рядом со мной на диван, неожиданно, взяв мою руку, своими маленькими ладошками, сказала:
- Алекс! Тебе сегодня будет очень больно! Но ты ни чего не бойся!
Я знавший отлично эту девчонку, не стал задавать лишних вопросов, так как давно убедился, что Шерри, видет, лиш отдельные кадры, и в этих клипах, ей самой трудно разобраться, тем более, объяснить кому то. Бывало я пытался, распросить ее по подробнее, чего она там увидела, но эта моя подружка, после таких допросов, так страдала, что я зарекся раз и навсегда выпытывать что-то сверх сказанного. Если не сказала сразу, значит не сможет сказать и потом, это уж точно. Остальные девчонки, зная о таких способностях нашей Шерри, переполошились, начав было требовать объяснения, но я успокоив их сказал:
- Все будет хорошо! Перестаньте! Что бы это ни было, оно мне не угрожает!
Я видел напряженное лицо Шерри, и встревоженные мордашки Лизы, с Сьюзи, и понимал, что все может быть не так просто. Но пытавшаяся видно заставить себя увидеть еще чего то, Шерри, вдруг беспомощно расплакалась, как маленькая. Утирая слезы и повторяя:
- Не могу! Не могу! Почему, я никогда Не могу!?
Я прижав ее к себе, утешал как мог, понимая, чего стоили ей эти минуты. девчонки, так же успокаивали Шерри, и видно себя за одно, говоря, что мол, если бы было что опасное, она, непременно бы это увидела, и обязательно рассказала бы.
А тем временем, в нашей гостинной, мягко стелился прибой, в какой-то чудесной лагуне. Тихо шелестели листья, слышался далекий птичий щебет, под ногами, лежал чистый, белый песок, уходящий в ярко бирюзовую, подсвеченную заходящим солнцем воду, на которой, как раз в эту секунду, зажглась, сверкающей рябью, золотая дорожка, ведущая, казалось прямо в небо. И таким иделическим был этот вид, таким умиротворяющим, что я постарался выкинуть все плохое из головы, и поцеловав, на сон грядущий Шерри и Сьюзи, пожелав им спокойной ночи, отправился в нашу с Лизой спальню.