Поняв, хоть и дико устал сегодня, что так оставлять дело нельзя, я акуратно взяв свою половинку на руки, и закутав ее в одеяло, как маленькую, прекрасно зная как вести себя с ней, стал нежно целовать ее глазки, и щекотать длинные реснички, пока Лиза сама не рассказала в чем дело.
- Оказывается, последние слова Милены которая, видно из простой неосторожности, вслух при девчонках, нмекнула на возможные перспективы в отношениях с ней, Лиза прекрасно расслышала, и видя перед собой, настоящую красавицу, которая просто затмила их всех тут, решила что ее Алекс сразу же бросится к этой новорожденной в объятья. Заливаясь горючими слезами, мое чудо, тихим шопотом просила меня не бросать ее, и что она не сможет жить, и что иначе зачем-тогда вообще нужно все. Но я так же шопотом, совершенно открыто, сказал Лизе что познакомился с Миленой в первые же дни своей здесь жизни, и что она действительно поразила меня, однако, сейчас, для Милены, понастоящему трудные времена, и лучше было бы если бы они с девчонками, не ревновали попусту, а потдержали эту, в общем-то хорошую девушку, которая прослужила библиотекарем чужих воспоминаний, целую тысячу лет. И успокоив это сокровище, я обняв ее горячую и родную, прижавшуюся к моему боку, наконец, окунулся, в сладкие волны морфея.
Я был зверски вымотан, ведь со вчера, так и не сомкнул глаз, а уж как меня утомила, та бесконечная ночь, и весь этот сумашедший день, и говорить не стоит. Так что отключился я моментально, и спал как убитый, без сновидений, едва не пропустив завтрак.
Ну а утром, первое что я увидел, едва проснувшись, это большие зеленые глаза моей Лизы, которая сидела тихонько рядом со мной, на постели, одетая, и причесанная, и глядела на своего суженного, как-то задорно, и с притаившейся в глубине ее зеленых озер, смешинкой.
Я знал, что если Лиза так вот смотрит, жди новостей, и причем серьезных.
- Что!? Я проспал конец света?
- Нет, Конец света только намечается! Ответила пряча улыбку моя милая. - Милена, не дождавшись завтрака, поднялась на терассу! А там ее взяли в плен, наши ребята! Ты бы видел их лица! Словно богиню какую-то увидели!Ну вот она от них отбиться до сих пор и не может! так что просыпайся скорее, и беги спасать ее! Иначе, там начнуться дуэли, поединки, и прочие рыцарские турниры!
Я конечно понимал Милену, любопытство сильная вещь. И видно посчитав время до завтрака, вполне, себе безопасным, наша новорожденная решила глянуть на так ярко расписанный нами верхний сектор, что я называл терассой. Ну что ж, прийдеться и на этот раз выручать.
Одевшись и умывшись, я неспешно, пусть прочувствует цену столь легкомысленного поведения, поднялся наверх. А ступив на белые плиты, озаренные, лучами утреннего света, я услышал гул толпы, и определив направление, направился в ту сторону.
Новорожденную, окружила, самая настоящая фан-группа. Нет, не скажу что местные ребята отличались чрезмерной эмоциональностью, или нездержанностью, но видно эта девушка, была действительно чем-то особенным. И вот когда я наконец приблизился к весело гомонящей толпе, и с высоты своего роста,разглядел в центре водоворота, растерянное лицо Милены, я понял, эти освобожденные, слегка перебарщивают. Так что, растолкав акуратно, поднимавшихся на цыпочки ребят, я хоть и с трудом, но все же протиснулся к Милене. Наша новорожденная, как увидала меня, так словно, целый мир засиял вокруг, от ее улыбки, а в больших ее глазах, заиграл такой нежный свет, что я едва не растоптал какого-то беднягу, угодившего мне под ноги. Милена с таким отчаяньем рванулась ко мне, что я понял, больше, она так просто, из моего модуля не выйдет.
- Алекс! Воскликнула она. - Я искала здесь ту картинку, что девчонки видели! И ухватившись за меня, словно утопающая, за спасательный круг, тихо попросила: - Пойдем от сюда! Пожалуйста!
Я глядел в ее синие озера, и сердце мое стучало так, буд-то я только пересек финиш стометровки. Нет, вчера, я видно плохо разглядел Милену. Сейчас, на ярком солнце, удивительная, свежая и прекрасная, она казалась мне настоящей феей. Ясный, открытый, взгляд сказочной принцессы, милый овал лица, маленький, точеный носик, темные, красиво очерчнные, полные губки, великолепные, черные, блестящие волосы, прекрасная фигурка. Милена улыбалась мне как-то по особенному, я чувствовал это, и мне казалось, что за этот миг, где она так вот смотрит на меня, я готов отдать все на свете. А когда, очнувшись наконец, от этого наваждения, я обернулся к собравшейся тут, застывшей в онемении, мужской части населения, и громко объявил: