А я, стоял как балван, по среди гостинной, глядя в глаза этой замечательной девушке, и думал: Чем я все же, смогу когда-то отблагодарить ее, и смогу ли вообще. И еще, в голове вертелись мысли о том, как поменьше бы создавать ей хлопот, ведь кто я по сути, всего лиш очередной, временно помешанный, псих, с непредсказуемыми обострениями, и носиться со мной, особенно во время этих самых обострений, удовольствие сомнительное.
Но все так же смущенно глядевшая на меня, поправляющая рукой, слегка потянувшийся сарафан Шерри, повторила свой вопрос:
- Алекс, ты где был? Твоя общалка заблокирована! И несмотри на меня так! Мне очень плохо, когда я не знаю, что происходит с моими подопечными!
Вместо ответа, я спросил:
- Шерри, я сильно тебя обидел? Мне очень стыдно! Прости пожалуйста! Я чувствую себя последней свиньей, и сволочью неблагодарной!
Не ожидавшая видно подобного Шерри, нахмурив очаровательно свой лобик, и немного помедлив сказала:
- О чем ты, Ал?! Если о моем прошлом? то поверь, это неможет меня обидеть! Но и говорить об этом с кем либо, мне сложно! только ты сам уже наверное понял, что мы этой темы с тобой некасались, а ты увидел это сам, и причем до инициации! Знаеш! Такое у нас впервые! Я специально наводила справки в сети! И как все это можно объяснить, просто непредставляю! Мне очень трудно поверить, что кто-то может видеть меня, пока я сама этого незахочу! И тут, словно споткнувшись на полуслове, и отвернувшись к окну, задумчиво проговорила: - Хотя, кто знает! Все течет, все меняется! ! И постояв так немного, как бы просебя добавила: - Неужели все так очевидно!
Я, как мне казалось, понимал и в то же время, непонимал эту игру слов. Одно сейчас для меня было важно, я попросил прощения, и словно камень с души, а что касается остального, разбираться сейчас не было ни желания, ни сил. Поэтому , коротко рассказав Шерри где я побывал после обеда, и пояснив, что отключил общалку из-за вконец доставших сообщений, пообещал, что впредь, буду всегда насвязи, а если нужно, даже всегда рядом. На что Шерри, лиш слегка поведя бровью, напомнила что я еще не ужинал, и что она обязана меня накормить. Я конечно с радостью согласился, а когда мы уже заканчивали легкий ужин, мне почему-то сильно захотелось прогуляться.
И так как Шерри несмотря на плохие сегодняшние новости, приняла идею, мы решили позвать с собой и Романа, который сейчас уже должен был вернутся с дежурства.
- Кстати, Динара очень любит вечерние прогулки, и они с Ромой, частенько шатаются, по ночному парку. Сообщила мне, значительно повеселевшая после ужина Шерри. - Может и на сегодняшний вечер, у них запланирована програма, нужно спросить, тогда мы составили бы им компанию! В чем, в чем, а в ночных прогулках, они специалисты! И улыбнувшись чему-то своему, попросила немного подождать, пока она сбегает переоденется.
Ну, девчонка, чего с нее взять! Подумал я. Кто же там в темноте, тебя видеть-то будет! Однако, в слух попросил долго не задерживаться, объяснив, что меня с самого утра, мучает очередной приступ клаустрофобии, и что мне срочно нужно на свежий воздух.
И вот, спустя пол часа, мы с Шер, в сопровождениеи Романа и Динары, которые кстати, действительно планировали на сегодня, вечернюю прогулку, спускались в лифте, на первый уровень.
В ярком освещении, зеркальной, лифтовой кабины, наши девочки выглядели просто сногсшибательно. Шерри, скинув свой, простенький сарафанчик, и облачившись в нечто вроде сари, яркофиолетового, с золотом цвета, вмиг растратила прежние теплые, материнские черты, и превратилась в очаровательную, неприступную фею, из какой-то сказки.
Я вначале просто обалдел, как же умеют, эти существа, так менять свой облик. Видя мое такое-состояние, она, войдя в гостинную, где я, в ожидании ковырял общалку, надеясь найти там кого-то знакомого, а увидев ее , застыл с открытым ртом, остановилась посреди комнаты, и даже слегка повертевшись, дабы я лучше смог оценить ее наряд, вопросительно взглянула мне в глаза. Длинная ее тугая коса, превратилась в великолепно уложенную прическу, которую украшала маленькая, золотая заколка, и такие же золотые искорки, задорно прыгали в ее светлокарих глазах. Сразу было видно, что она знает цену себе, но никогда не кичится своей красотой. Золотые браслетики в виде обычных колец, на запястьях, а так же, легкие, плетеные сандалии, светлозолотистого оттенка, на ее идиальных ножках, дополняли этот простой, и вместе с тем, необычный наряд.