Вы знаете, как много у небесна всех тепла, и света, и терпенья?С небес на нас нисходит вдохновеньеи преломляет невесомость в вес!
«Вод текущих разные дороги…»
Вод текущих разные дороги…Только океан для них один.Оглянись на жизнь своюи вздрогнии руками молча разведи.
Где бы ни был ты,куда б ни мчался,никогда не оборвётся нить.Тот родник, что дал тебе начало,будешь помнить.Помнить и любить!
«Пух тополей намокнет под дождём…»
Пух тополей намокнет под дождём,и станет чисто и свежо.И горечь лип стечёт легкок подземным водам, глубоко!И, настежь растворив окно,открою разом и балкон:мой сад за тридевять земель,на перепутье ста камней.Двенадцать серых этажейнад лентами асфальтных змей —склонились, спаяны в однонеодолимое окно.Но льёт с небес лучистый дождь,извечный путник, жизни вождь.Вода, вода! Издалекаприплыли тучи. И покапух тополей срывает дождь,ты снова дышишь, снова ждёшь.
«Зацепило…»
Зацепило.Виа Долороза —Скорбный Путь распятого Христа.Замолкает, угасает проза,первый шаг я делаю из ста…К солнцу опрокинутое Небо —Троицей единожды Одинв крестный путь по Виа ДолорозаПравославный шёл Христианин.
«В отсутствии любви и смерти…»
В отсутствии любви и смертия замерзаю, замерев в ночи.А за окном, в пурпурной круговерти,огромная звезда.Её лучиневидимо касаются и бьются,царапая оконное стекло —пустые слёзы капают на блюдцеи отдают ему своё тепло…И всё жеодиночество – прекрасно!Особенно, когда есть рядом ты,моя звезда,в отсвете тёмно-красном,ведущая меня из темноты.
«Ну и что!..»
Ну и что!Разве что-то изменитночь волнений, когда не усну?Отрешённое лето не веритв обнажённую страстью весну.Лето носит зелёные шали,замирая в полуденный зной.В одиночку сумеем едва ли,только вместе сумеем с тобой,чтоб звенело, дышало, горело,трепетало, светилось, звалосьиз купели омытое тело…Словно солнца горячая осьприкоснулась,у сердца осталасьоткровением и тишиной.Не усну!Разве мне показалосьэто странное лето – весной?
«А о любви прочтём или напишем…»
«А о любви прочтём или напишем», —сказала я когда-то сгоряча.И вот пишу, пишу не понаслышке:любовь – воспламенённая свеча!Она горит, пространство осветляя,потрескивая, плавясь и шурша.Горит во мне и жизнь мою меняет,и удивленьем полнится душа.
Любовь
Научи меня, Господи, жить!Чтоб не так, как живу сейчас,чтоб тебе каждый миг служить,чтоб тобой каждый день венчать…Мимо, мимо идти людей,и не ведать значенья их,и Тебя узнавать везде(пусть и лют человек, и лих),и по Образу Твоемустроить дом, и семью, и мир…Неужели не быть тому?Научи, прошу, не томи!Ты велик и неведом мне —укажи где путь, и пойду,станет мизерное крупней,и неверное – на виду.Дай почувствовать раны Твоичерез многие веки вех,и принять Твоё Слово и…Хватит ли Одного на всех?
«Мы не ведали дедов…»
Мы не ведали дедов,не знали отцов,мы себе их придумали,и не жалелось:отсечённые корниотцов-беглецов,бесфамильное тело.Наши материтихо сходили с ума,забывая своё назначенье,повторяя как заповедь:«Что нам тюрьма да сума,деньги делают поколенье!»Мы не ведали правды,но сердцем глухимобрели сокровенное зренье:мы стоим,перед Всеми Святыми стоим,за Россию стоим —на коленях!
«Опускаясь в тоску и печаль…»
Опускаясь в тоску и печальза весь род до седьмого колена,просыпаясь и счастья, и плена,устаёшь о себе понимать.
Устаёшь от своих «совершенств»,от любви не такой, как хотелось,и, слоняясь по дому без дела,очень остро почувствуешь, где
жизни шар превратился в мираж:год и месяц, число, даже время.Было солнце – настало затменье,только свет золотого пера…
Строки жили на фоне листка,чередой откровений пронзали,но осотом по слогу печалипрорастала мятежно тоска.
Опускаясь в тоску и печаль,просыпаясь и счастья, и плена,за весь род до седьмого колена«…буди мне…» отвечать!