«Благословляю тишину…»
Благословляю тишину,и утро накануне света,и кофе только что согретый,и ложку сахара – одну.
Едва дышать, не торопясь,следить, как истечёт минута,и время сдвинется как будто,но только не вперёд, а вспять.
И всплеск души запечатлетьрука потянется к тетради,и осторожно, Бога ради,за окнами начнёт светлеть…
«Не торопись…»
Не торопись,ведь мы с тобой летим,за нашу осень, ту, что я желала!На крыльях облаков нам по путиза неба золотые покрывала,на дальний берег сути и судьбы,за тот рубеж, где быть дано не многим…Не торопись!Крылатые дорогинам в наказанье, кажется, даны!
«Отныне что здесь ценно для меня?..»
Отныне что здесь ценно для меня?Лишь то, что в осень кинуть не посмею.Льёт мутный дождь четвёртую неделю,тоску и одиночество кляня.
Я не хочу жестоко поступать —любить хочу! Но если не умею?!
Льёт мрачный дождь четвёртую неделю,стирается душевная тропа,которой мне идти к тебе хотелосьв надежде счастье обрести с тобой.
Льёт судный дождь, бездумный и рябой,осенний лекарь, массовик-затейник.
И в шумном мире скорости утратв его объятьях истина и правда.
Льёт дождь разлук, вершитель листопада,Икар судьбы —безудержно-крылат!
«Захлопнуть дверь и запереть…»
Захлопнуть дверь и запереть.Скорей!От грозных чувств,чтоб Зверь бродил в пределахзнакомой жизни, жизни лишь моей,не покидал знакомого придела.Голодный Зверь!Не хочет ничего.Не признаёт и признаков хозяйских.Рычит и воет, прыгает на дверьи ни за что не хочет оставатьсяодин!И я сижу при нём,напрасно накормить его пытаюсьтем, что не ест.Не приспособлен онглотать траву заветренного мая.Ему бы крови алой сентябряи жирной глины скользкой под ногами,чтобы катиться, голову сломя,соскальзывать над пропастьюстихами,отчаянно срываться камнем вниз,на самом дне распахивая крыльягорячиеисписанных страниц,и воспарять до солнца без усилья.
«Ищи свои выгоды?!..»
Ищи свои выгоды?!Мир,ты сходишь,слетаешь с орбиты!Куда ни взгляни:неон и эфир,плакаты заглянцевелыечисто помыты,журналы витринно-нагляднодиктуют тело:беспечно, умело, нагло и смело.Где же Вы, Владимир(имеется в виду Маяковский).Профессора,наденьте «очки-велосипед»,скажите правду:«поколение NEXT» – бред!Булгаковский иллюзионистправит балом,и ему всё мало,и я от иллюзий устала.Город – моя пустынь —грустно.Дети, бредущие в школус тяжёлыми рюкзаками —скоро с флешкой в кармане,разница-то какая?..Что несёте вы в будущее,милые мальчики и девочки,мимо ларьков и киосковв ночи,мимо неоновых выбросовсловесной дури.Дойдёте ли?Успеете ли понять,где и когдавас обманули……………………………………Звоните, храмы, по Руси,звоните громче!Беспроводную сеть молитвчитайте, отче!
Лепи, народная душа,игрушку-дымку,точи матрёшкуи пиши на ней картинку.
Плетите, бабы, кружевак пелёнкам белым.Рожайте, матери, детейпо десять смело!
Нам Чудотворец Николайвовек – защита,Великорецкая, видать,сильна молитва.
Расти, энергия добра,тепла и света,от неба, леса и рекиземного лета.
Звоните, храмы, по Руси!..
«Сдаёт, как карты, совесть…»
Сдаёт, как карты, совесть,Закладывает душу,а я стою и трушу,сказать не смею я:«Эй, главный! Ты не главный,катись своею сушей,беги своим «раздольем»,где вдоль и поперёк,налево и направолишь знаки и команды,придуманные теми,кто будет поглавнее.И каждому – своё».
«Уйму в прошлом оставить дорог…»
Уйму в прошлом оставить дорог,убегать от себя, от обмана —только сердце болит от того,кровоточит запретная рана.Не вернуться туда, пережитьпо-другому, иначе, не знаю…И дорога бежит и бежит,только рана та не заживает.Так что сказано, видимо, зря:мол, забудется, время излечит.Или, может быть, не для меня?Или, может, на будущий вечер?Или, может, в грядущий рассвет,за который уходит дорога,и конца для которого нет,и начал у которого много…