Дарья чуть придержала машину, позволяя роботам набрать дистанцию. Сейчас на транспорте вспотеют — после отделения отличить сигнал немецких дронов от сигнала «Фоккера» их сканерам практически невозможно. Одно из последних удачных решений немецких конструкторов. Единая цель внезапно превратилась в семь одинаковых, активно маневрирующих. Головная боль для артиллеристов транспорта. А чуть в стороне стремительно сближается с транспортом ещё одна семёрка. И это — не считая конусов разлетающихся флешетт, не так уж хорошо различимых радарами.
В кормовой щит противника снова влепили с канонерки — на «Якуте» отличный артиллерист, который раз угадывает маневр уходящего британца. Увы, и в этот раз защита противника устояла.
В этот раз капитан Форестер начал маневр уклонения смещением к югу. А ещё транспорт выплеснул в сторону приближающихся флешетт массу сущей мелочи, как бы не охотничьей дроби.
— О! «Последний шанс!» Мы его припекаем! — обрадовался Матвей.
Однако теперь маневрировать пришлось истребителям и их дронам. Лёгкие кораблики с мощными силовыми установками легко ушли от опасности, но время упустили. Тем временем подошли британские беспилотники, и пришлось вертеться, отбиваясь от превосходящего в числе, хоть и туповатого противника.
Тем временем зубастый британский транспорт уставился носом на одному ему известную цель и начал подготовку к дальнему прыжку.
— Прощайте, неудачники! — в голосе капитана Форестера прорезались ласковые нотки. — Я позабочусь, чтобы вы недолго скучали в одиночестве!
А ещё через секунду вместо «Лидии» разлетались по космосу обломки самого разного размера — залп лазеров главного калибра с «Генерала Алексеева» способен разнести в лохмотья куда более крупный объект.
Для анализа стычки с наглым «союзником» командиру линкора потребовалось девять минут сорок три секунды, после чего был объявлен вердикт:
— Адмирал выражает командиру канонерской лодки своё неудовольствие.
Катера флагмана приступили к подбору спасательных шлюпок с транспорта.
Глава 6
Ловцы «Жемчуга»
Воспроизвести звуки, которыми аборигены именовали свою планету, способны только записывающие устройства, человеку это не дано от природы. Ближе всего по звучанию было Пинь-Ань, так его бритты в лоциях и обозначили. Формально колонизированный Британским Содружеством, особого значения он не имел. Слишком близко расположенный к светилу, небольшой, без редких ресурсов, Пинь-Ань прозябал, перебиваясь мелочной торговлей колониальными товарами и служил резервной базой для вспомогательных кораблей британского флота.
Некоторое оживление принесло начало галактической бойни. Содружество уступило планету Французской конфедерации. Активно вербующие аборигенов в армию наследники энной по счёту республики притащили на Пинь-Ань парочку антикварных миноносцев, плавмастерские, организовали зарядную станцию для корабельных реакторов первого рода, и начали использовать в качестве опорной базы для проводки конвоев с новобранцами. А для охраны конвоев союзное командование центральной зоны стало с бору по сосенке собирать оказавшиеся в районе крейсера. В том числе и российский крейсер «Жемчуг».
Небольшой, но быстроходный крейсер честно мотался по космосу, охраняя от германских рейдеров транспорты англичан и французов. Со временем его силовой установке потребовался текущий ремонт. Заодно командир решил и реакторы перезарядить. Крейсер опустился на поверхность обжитого французами залива, ошвартовался у зарядной станции, выгрузил отработавшие топливные сборки…
Новые установить не успели.
Тащить средства планетарной обороны на формально чужую планету франки не стали. А их допотопные «мимоносцы» тупо проспали атаку противника.
До сих пор неизвестно, капитану германского лёгкого крейсера «Эмден» просто дико везло, или корабль блестяще отрабатывал полученную от агентурной сети информацию, но над Пинь-Анем немец появился как раз в тот момент, когда российский корабль был полностью беспомощен. Красиво, в плазменном коконе, пройдя над местом стоянки «Жемчуга» на высоте жалких трёх десятков километров, немец выдал по нему несколько лазерных залпов и приласкал парой тяжёлых ракет. На прощание Папаша Мюллер, как ласково звали капитана подчинённые, разнёс раритетный французский кораблик, ничем, кроме гордого имени «Мушкет», германцу не угрожавший. И скрылся в глубинах космоса.