Первый доклад от модуля поступил через шесть часов с минутами. Ознакомившись, Аркадий ещё полчаса тупо таращился на экран с финальным заключением.
Состояние объекта — неработоспособен.
Физическое состояние — нарушена целостность корпуса в районе между пятой и седьмой группой отсеков. Характер повреждений — мелкое фрагментирование шестого А, шестого Б и шестого В отсеков.
Имеются локальные повреждения наружной обшивки в третьем Б, четвёртом В и девятом А отсеках. Предположительно — попадание лазерных импульсов средней мощности.
Энергетическая установка — реакторный отсек вскрыт при аварийном отстреле реакторов. Реакторы (3шт.) находятся на грунте в районе реакторного отсека. Состояние реакторных блоков — топливные сборки отсутствуют, мелкие повреждения в результате аварийного отстрела.
Движители — многочисленные мелкие повреждения гравитационных колонн. Форсажные камеры повреждений не имеют.
Система управления — основной компьютер имеет ряд незначительных повреждений. Лишён связи с сенсорами и органами управления кормовой части корабля. Сенсорная система — повреждение 70 % внешних датчиков всех типов.
Прицельно-навигационный комплекс — см. система управления.
Вооружение:
— Лазерные установки главного калибра — в наличии четыре установки, три работоспособны при подключении к источнику энергии, одна имеет повреждения корпуса и систем наведения. Может быть отремонтирована имеющимися силами.
— Универсальные ПУ — находились в шестом А и шестом В отсеках. Восстановлению не полежат.
— Установки ближней защиты и противоабордажные — работоспособны при подключении питания.
— Дроны ближней защиты — на местах штатного размещения.
— Атакующие дроны — на местах штатного размещения.
Система жизнеобеспечения — значительные повреждения. Жилые отсеки — незначительные повреждения. Система регенерации воздуха и биологический блок — находились в шестом Б отсеке. Восстановлению не подлежат.
Выводы: обследованный объект может быть приведён в работоспособное состояние в заводских условиях. Ремонт наличными силами невозможен.
Хренов, ознакомившись с подробностями отчёта, вылез из реакторного отсека и тронул Лобачевского за плечо:
— Командир, не надо так переживать. Никто не ждёт от нас невозможного. Мы, по крайней мере, попробовали.
Аркадий накрыл ладонь энергетика своей:
— Я не расстраиваюсь. Я думаю.
Капитан вызвал на рабочую поверхность панель управления счётным устройством, несколько часов потратил на работу с компьютером корабля, после чего набил программу для «Самоделкина», отправил её ремонтному модулю и откинулся в кресле.
— Ну? — не выдержал Хренов.
— Не ну, а будем подождать, как Бэргэн говорит. Дежурство по кораблю согласно графику, экипажу приказываю расслабиться и заниматься по личному плану. Я спать пошёл.
Повернулся в другую сторону:
— Нет, Лена, просто спать.
Дверь капитанской каюты закрылась, щёлкнув магнитными запорами по периметру. Елена и Хренов сунулись было к командирскому пульту, но компьютер сотрудничать с ними отказался.
— Я подождать просил! — высветилось на главном экране.
Долбаный климатизатор снова принялся за своё — за решётками выпускных окон что-то всхлипнуло, хлюпнуло и несколько раз чихнуло. Что ж, Билла не застать врасплох, за пять месяцев, проведённых в этой чёртовой дыре, мидшипмен Харпер узнал всё о мерзком норове оставшегося в наследство от лягушатников агрегата. Молодой человек ловко откинулся на спинку кресла и отработанным кистевым броском швырнул к задрожавшим решёткам толстую папку с официальной перепиской. Затянутая в пластик папка и отрыгнутый подлым агрегатом комок слизи столкнулись в воздухе, после чего папка, совершив пол-оборота, плашмя упала на стоящую у стены урну. Прилепившийся к оказавшейся внизу стороне увесистый плевок климатизатора под действием инерции оторвался и с обиженным хлюпанием шлёпнулся на дно мусорного пакета.